Книга Племя Майи, страница 56 – Анна М. Полякова, Татьяна Полякова

— Привет, — услышала я голос, к которому еще не успела привыкнуть. — Как добралась?

Я замешкалась с ответом, хотя вопрос был вполне себе безобидным.

— Еще не уехала, — призналась я.

Возникла пауза, и я решила пояснить:

— Колено немного беспокоит.

— Я, конечно, выдала на похоронах, не думала, что все так серьезно. Давай договорюсь, чтобы тебя осмотрели в больнице?

— Рентген показал, что ничего серьезного там нет, — напомнила я. — Поноет немного, и пройдет. Просто решила перестраховаться, все-таки полдня за рулем для больной ноги может стать испытанием.

— И все-таки, — настаивала Ярослава. — Дай мне хоть как-то облегчить свою совесть. Я перезвоню.

Не успев ничего ответить, я услышала короткие гудки. Вскоре от девушки пришло сообщение со временем и номером кабинета, присланная фамилия врача мне ни о чем не говорила. Хирургом был наш покойный отец, но, возможно, в городке имелось несколько специалистов его профиля. К тому же ортопед или травматолог вполне могли справиться с моим коленом, если уж у них рентгенологи на все руки мастера.

На самом деле о боли я почти забыла и ответила так только потому, что точную причину, по которой до сих пор не покинула Красные Овраги, не знала сама. То ли Анатолий сумел всерьез меня очаровать, то ли незримая близость отца, которого мне не хватало всю жизнь, не отпускала, то ли я все-таки рассчитывала получить ответ на вопрос: имеет ли анонимное послание отношение к его смерти? Отправитель более никак себя не проявлял, и я, как мне казалось, эти мысли почти отпустила.

Я могла проигнорировать заботу Ярославы и пропустить назначенный прием, но этим рисковала обидеть девушку. Если уж я планировала поддерживать с родней какие-никакие отношения, следовало принимать во внимание ее сложный характер, о котором ходило немало толков.

Решение было принято, и ровно через час я подходила к главному входу в больницу. В будний день здесь было многолюдно: пациенты покидали здание и входили в него, задумчивый дворник в оранжевом жилете опустошал урну рядом с лавочкой.

Признаться себе было непросто, и все же я надеялась встретить здесь Анатолия. Он никак себя не проявил после вчерашнего вечера, а писать или звонить первой мне не хотелось. Случайная встреча где-нибудь у регистратуры виделась мне идеальным вариантом до той секунды, пока я не задалась вопросом: а не обидится ли Толик, что я, отвергнув его активные предложения помощи, намерена обратиться к другому специалисту?

— Девушка, заходить будем? — услышала я ворчливый голос женщины рядом с собой и поняла, что стою прямо у дверей.

В холле я быстро сориентировалась по указателям, мне надлежало подняться на второй этаж. Абрамов Марк Соломонович оказался врачом-терапевтом, так гласила табличка на двери его кабинета.

— Кто последний? — спросила я, увидев, что в коридоре имелись другие пациенты.

Курносый мужчина в клетчатой рубашке поднял руку, я кивнула и устроилась на скамье, прикидывая, сколько придется потратить времени на ожидание приема, который, по большому счету, был мне вовсе не нужен.

Дверь в кабинет открылась, оттуда вышла высокая девица с рецептом в руках, а за ней появилась девушка в белом халате, которая никак не могла быть Марком Соломоновичем, но тут она принялась крутить кудрявой головой, и я узнала в ней Соню — одну из двойняшек, о которых рассказывала Алиса. Вторая, помнится, тоже работала в больнице, но мыла полы.