Книга Смерть в вязаных носочках, страница 85 – Аманда Эшби

— Верно. Я помню, несколько лет назад было много разговоров. Вот почему кладбище в таком запустении. — Джей-Эм взяла зеленый маркер и быстро записала слова Джинни.

— А еще она волновалась из-за Гарольда Роу. Он сильно огорчился, что местное историческое общество лишилось финансирования, а также из-за продажи земли.

Воцарилось молчание, нарушаемое только тихим плеском воды в канале. Наконец Мелочь тихонько взвыла:

— Ну как мы раньше об этом не подумали? Он же завалил письмами редактора местной газеты, их даже отказались печатать. А когда началось строительство, привязал себя к бульдозеру. Он, правда, привязал себя прыгалками, так что его быстро отвязали. Я, конечно, не осуждаю, но мог бы хоть простой штык[17]затянуть.

— Гарольд привязал себя к бульдозеру? — У Джинни в голове не укладывалось, чтобы Гарольд, в безупречной рубашке и отутюженных брюках, мог хотя бы приблизиться к стройке, не говоря уж о том, чтобы к чему-то себя привязать. Потом ей вспомнились крошечные брызги крови на рукаве его рубашки. — Полицейские сказали, что убийца Бернарда, кто бы он ни был, разбил окно, чтобы проникнуть в дом, правильно?

— Да. Окно на задах дома. А что?

Джинни быстро описала царапины на руке Гарольда, пыль, покрывавшую его брюки в день, когда она сама начала искать страницы из ежедневника Луизы, а еще нежелание заведующего пускать кого бы то ни было в хранилище. А также тот факт, что Клео застала его за просматриванием старых газет.

— Но что все это значит? Почему он так долго ждал? И что хочет найти? — Наседка закончила очередное гнездо и набросилась на пряжу с энергией человека, которого никто не посмеет остановить.

— Вопрос на миллион долларов. Мы знаем, что он обвинял Луизу в порче книг и сильно недолюбливал Тома и Бернарда. — На этот раз Джей-Эм выбрала ярко-розовый маркер и соединила два имени линией. — Но зачем подставлять Элисон? Она не имела никакого отношения к скандалу. Он грянул уже после развода.

— А вдруг Гарольд винил ее в том, что она слишком быстро сдалась, когда Луиза положила глаз на Бернарда? Наседка, ты ведь говорила, что Элисон сглаживала острые углы в поведении мужа?

— Да, иногда его почти можно было выносить. — Наседка отложила вязание и задумалась. — Думаешь, если бы они не развелись, Бернард не оказался бы причастным к земельной сделке?

— Я — нет. А вдруг так думает Гарольд? — Джинни провела пальцем по бокалу. Она как могла подстегивала мозг, но чего-то не хватало. — Но это все равно не объясняет, зачем ему так далеко заходить.

— Затем, что он мизантроп? — Мелочь принялась ходить взад-вперед, мягко переступая ногами в носках, но с ней не согласилась даже Наседка, в другое время всегда готовая поддержать подруг.

— Боже мой. Уоллес прав. Мы просто все выдумываем на ходу. У нас ни знаний, ни опыта, чтобы вести расследование как положено, и бедная Элисон никогда не выйдет из тюрьмы. — По мягкой щеке Наседки скатилась слеза. — Что мы знаем обо всех этих тактических и материально-технических вопросах и прочих вещах?

— Говори за себя, — ощетинилась Джей-Эм. — Я, слава богу, довольно уверенно чувствую себя в интернете. А последние пять лет как раз изучаю историю своей семьи.

Все обернулись к ней.

— А что? Это правда.

— Мы тебе верим. Просто удивляемся, как никому из нас это раньше не пришло в голову. Давайте поищем. Может, найдем что-нибудь о Гарольде и его секретах.