Книга Смерть в вязаных носочках, страница 28 – Аманда Эшби

— Справились. Отлично.

— Мы не были уверены, что вы сумеете взломать шифр, — прибавила Мелочь.

— Я заказала вам пино-гриджио. — Наседка отложила свое вечное вязание и подняла бокал. — Но если вы предпочитаете чай или воду, мы изменим заказ.

— С-спасибо. — Садясь, Джинни поняла, что кивнула в ответ на все три предложения. Она не особенно любила вино, но все равно взяла бокал.

— Вы же помните дочь Наседки, Элисон? — спросила Джей-Эм.

— Конечно. — Джинни улыбнулась. Она не знала, что усталая женщина, стоявшая за прилавком магазина, имеет какое-то отношение к безмятежной Наседке, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что у обеих одинаковые миндалевидные глаза и что-то схожее в очертании подбородка. — Я собиралась зайти вчера в магазин, снять объявление о пропаже кота.

— Владелец нашелся? — Элисон покрутила в руках пустой бокал. Теперь она выглядела еще более уставшей, а в глазах читалось затравленное выражение.

— Нет. Выяснилось, что его бросили, и я решила оставить его у себя. Я еще и поэтому собиралась в магазин. Надо найти мастера, который смонтирует кошачий лаз.

— Тогда вам нужен Митч Ривз. Он работает в баре, но время от времени выполняет заказы на стороне. — Наседка окинула бар взглядом и пожала плечами. — Наверное, куда-то ушел. Но руки у него золотые. Я скажу, как с ним связаться. Он обязательно вам поможет.

— Спасибо…

Джинни прервало появление низенького мужчины лет пятидесяти. Его лицо исказилось от злости, руки были сложены на груди, а когда он подошел ближе, стало ясно, что сегодня он не спал. Опухшие красные глаза, подбородок зарос щетиной, а на мятой рубашке, обтянувшей круглый живот, виднелось несколько пятен.

— А, ты здесь. — Первой заговорила Элисон, причем от ее худощавого лица отлила краска. — А я пытаюсь тебе дозвониться. Хочу…

— Наплевать мне, чего тыхочешь. И как у тебя наглости хватает звонить мне? Не думай, что я не видел, как ты сегодня утром проехала мимо дома. Полиция все про тебя знает, и чем скорее тебя посадят, тем лучше. А пока держись лучше от меня подальше, иначе я поговорю с Уоллесом. Ты меня слышала? — Мужчина брызгал слюной, а на его щеках расцвели свекольные пятна.

— По-моему, тебя весь бар слышал, Бернард, — холодно заметила Джей-Эм.

У Джинни перехватило дыхание.

Бернард?

Перед ними стоял муж Луизы. Джинни вдруг поняла, отчего у этого человека такой неопрятный, взъерошенный вид. Хотя оставалось неясным, почему он так злится на Элисон — рот у той кривился, а на мокрых ресницах блестели слезы.

— Вот и хорошо. Потому что я просто говорю вслух то, что все они думают. — Бернард взмахнул руками, но Джей-Эм метнула на него грозный взгляд:

— Да что ты! Позволь напомнить, что клеветать на кого-либо в баре во время счастливого часа незаконно. Так что не исключено, что полицию следует вызвать нам.

— Я клевещу?! Она отравила мою жену. Отравила, я знаю. Хлеб, в конце концов, купили в ее магазине. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы вычислить, кто приправил его мышьяком.

Кое-кто из сидящих в баре ахнул, и у Джинни пересохло во рту. Сегодня утром констебля Сингх вызвали в бакалейный магазин. Неужели отрава именно оттуда?

— Какая чепуха, — резко ответила Джей-Эм, но Бернард ее, кажется, не слушал.

— А теперь она отсиживается за спиной у своих полоумных подружек. Не выйдет! — заорал он, взмахнув рукой. — Она убийца!