Книга Хозяин острова Эйлин-Мор, страница 56 – Сергей Мельников

– Молодое мясо есть? – заревел Хозяин, встряхнув Лорну, и она закричала от боли.

– Есть! Есть! Там есть дети!

Невесть откуда взявшееся арктическое течение пошевелило мои волосы.

– Сколько?

– П-пять, – заикаясь, ответила Лорна. – Нет, шесть. Еще сын…

– Месть! – оборвал ее Хозяин. – Мы отомстим, старуха! Они лишили тебя правнука, я заберу их детей. Идем!

Он зашагал по дну в сторону берега: сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Когда Хозяин перешел на бег, я понял, что едва успеваю за ним. Нэрн плыл впереди, Лорна старалась держаться у уха Хозяина. Она кричала что-то, но до меня звуки не долетали. Я собрал все свои силы и рванул вперед, но цепкая рука впилась мне в плечо.

– Будешь рядом со мной, МакАртур, – проскрипел мне на ухо Нэрн, и я кувырком отлетел за его спину, чуть не попав в разинутый рот нашего повелителя.

Мы подобрались к берегу. Когда голова Хозяина должна была появиться над водой, он запнулся. Потом с ревом пробил границу воды и воздуха. Очень медленно, будто продираясь сквозь густую патоку, он вышел на мелководье. Там, где вода плескалась у меня под горлом, ему не доставала до колена. Он прошел еще немного вперед и встал, уперев руки в бока. Полная луна освещала его могучую фигуру, впятеро выше самого рослого из людей. Океанский прибой раболепно лизал ноги своему Хозяину, пока тот медлил, втягивал воздух, густой и удушливый, воняющий гниющими водорослями, дымом, цветущим вереском, страхом. Запах страха перебивал все. У жителей Мангерсты был целый день, чтобы напитаться им в ожидании неизбежного.

Хозяин раскинул руки в стороны и набрал полную грудь воздуха. Тихо, еле слышно, он затянул заунывную песню. Голос его становился все тише, потом совсем затих, зато зашевелилось все вокруг. С окрестных скал взмыли в воздух чайки и бакланы, заметались в воздухе, врезаясь друг в друга и падая вниз. Со всплеском ушли под воду тюлени, нежившиеся на еще теплых с вечера скалах. Я слышал его пение, звучавшее еле слышным боем огромных барабанов на другом краю земли, и этот жуткий звук наполнял меня невыносимой тоской.

– Пошли, – толкнул меня Нэрн. – Веселье начинается.

Мы вскарабкались на берег. Луна освещала пустые и холодные дома. Как и прошлой ночью, горел жаром человеческих тел паб «У Аннабель», торчали в щели между досками стволы ружей.

– Смотри, МакАртур, смотри, что сейчас будет. – Нэрн рассмеялся, но веселья в его смехе не было.

Подтверждая его слова, распахнулась дверь в паб. Оттуда, шатаясь, вышел человек. Постояв пару секунд, он упал на колени и уткнулся лбом в землю. Ружье выпало из ослабевших рук. Он подтянул к груди колени и разрыдался. Нэрн встал в полный рост и пошел вперед.

Конец мая – Троица, 1902 год.

В пабе «У Аннабель» никогда не было так тихо. Пара дюжин мужчин, женщин – чуть меньше, восемь детей, неспособных держать оружие, и пьяный Маклейн. Старик с порога заявил, что ночь ему не пережить, а сдыхать трезвым он не собирается. Аннабель махнула рукой и выдала ему полную бутылку. Пока мужчины и женщины забивали вторым слоем досок окна и дверные проемы, он сидел на полу в дальнем углу и отхлебывал из горла.

– Охотники не выносят запах спиртного, – вопил он. – Аннабель, в честь Троицы выкати народу целую бочку своего пойла, не жадничай. От его запаха ни один охотник сюда и близко не подойдет.