Книга Хозяин острова Эйлин-Мор, страница 107 – Сергей Мельников

Мир людей для нас закрыт. Вернуться на сушу мы можем или диковинными уродцами в бродячем цирке, или заспиртованными экспонатами в Британском музее. Ни тот, ни другой вариант меня не устраивал.

Остаться в море и ловить вдвоем с Лорной макрель до скончания века я тоже не мог. Мой странный недуг не отпускал меня. Я не знаю, какой орган повредил Нэрн во время последней встречи, но с тех пор я разучился плавать. Под водой я мог перемещаться, только шагая по дну, преодолевая земное тяготение, совсем как Хозяин, и это сравнение меня не радовало.

В глупой надежде я вылезал по ночам на берег и дышал морским воздухом. С еще более глупым упорством и затаенной надеждой я дожидался, когда над холмами появится край солнца. У скалистого берега, где в паре миль на юг от Мангерсты Айлибай впадает в море, я облюбовал островок. Обломанным зубом он торчал из воды на двенадцать футов на самом краю отмели. Сразу за ним морское дно резко уходило в глубину.

На небольшом уступе под вершиной этой скалы каждое утро я молился о чуде. Небо серело, я ждал. Когда первые лучи солнца переваливали через зеленые холмы Льюиса и огибали мою скалу, я жадно ловил глазами их отраженные блики на морской ряби. Потом вытягивал дрожащую руку из тени и… баюкая обожженную кисть, нырял в море.

Чуда не случалось.

Я брел по дну к нашему временному убежищу в гроте под скалистым берегом. Лорна встречала меня у входа. Она хотела бы смотреть вверх и ждать, что я приплыву, но я шел по дну, поднимая облачка песка и перешагивая невысокие кораллы. Лорна замечала меня издалека. Она не верила в чудеса, хоть сама была воплощенным чудом. Я тоже постепенно терял веру.

Ночью, после того как я пришел в себя, Лорна отнесла меня к берегу, который я назначил местом встречи. Мне нужен был союзник, из плоти и крови, обычный человек с обычными зубами в обычном рту. Я впервые задумался об этом, когда переносил детей из грота в пещеру Хозяина. Первая мысль была о зяте, но я отбросил ее. Броди винил меня в смерти Шона, и я не смог бы его переубедить, потому что считал так же.

У меня оставалась надежда на удочку, закинутую на крошечном островке у Эйлин-Мора, но ночи сменяли друг друга, а ни на берегу, ни в море не было ни души. Моя натура требовала действия, я страшно бесился из-за того, что мы торчим в этом пустынном месте и ни на шаг не приближаемся к цели. Мне страшно было признаться, что главный источник раздражения – Лорна и жалость в ее глазах. Когда она сидела в своей коляске на колесах, я был милосерднее: я ее не жалел.

В ночь, когда я очнулся, Лорна отправилась в Мангерсту на разведку. Меня она в эту экспедицию не пригласила. Отделалась фразой о том, что мне надо набираться сил, хотя явно просто не хотела возиться с не умеющим плавать охотником. Я вглядывался в море на севере, туда, где была моя родная деревня, превратившаяся моими стараниями в безлюдный погост. Зрение ухудшилось, в глазах висела темно-серая мгла. Только иногда луна выглядывала из-за низких туч, очертания скал и изломанного берега становились чуть более четкими.

Лорна подлетела, как атакующая акула, а я не заметил, пока ее пальцы не вцепились больно в мою лодыжку и я в фонтане брызг не рухнул в воду.

– Ты сдурела? – спросил я, как только проморгался, но она не ответила.