Книга Диагноз: Смерть, страница 81 – Виктор Корд

Флешка.

«Архив Смерти».

Если Орлов использовал «Кукол» для охраны и убийств, значит, у него были клиенты. И эти клиенты платили ему. И они должны были как-то взаимодействовать с системой.

— Вольт, дай мне список клиентов. Тех, кто покупал услуги «премиум-класса» за последний год.

Хакер на секунду закатил глаза, подключаясь к своей внутренней базе данных (которую он скачал в свой мозг).

— Сто четырнадцать имен. Политики, банкиры, генералы… О, вижу.

Его лицо дернулось в гримасе.

— Епископ Варлаам. Настоятель Собора Святого Георгия.

— Бинго, — я хищно улыбнулся. — Что он купил?

— «Пакет обновления». Новая печень, почки, сердце. И… «Эскорт-услуги». Две куклы класса «Лолита». Модифицированные.

В бункере повисла тишина.

Даже Борис перестал жевать.

— Святой отец любит молоденьких биороботов? — брезгливо спросила Вера.

— Святой отец любит жить вечно и развлекаться, — поправил я. — И он, судя по всему, в доле с Орловым. Он пустил сервер в свои подвалы в обмен на запчасти для своего дряхлого тела.

Я взял со стола свой тесак. Провел пальцем по лезвию. Острое. Вера постаралась.

— Нам не нужно взламывать барьер, — сказал я. — Нам нужно, чтобы нас пригласили.

— Ты хочешь шантажировать Епископа? — уточнил Борис. — Прямо в Соборе? Там же охраны больше, чем у Императора.

— Мы не пойдем к нему с оружием. Мы пойдем к нему как врачи.

Я посмотрел на Веру.

— В «Архиве» есть медицинская карта Варлаама?

Вольт кивнул.

— Есть. Отторжение тканей. Он гниет заживо. «Куклы» фонят некротикой, и его старое тело не принимает новые органы. Он на стимуляторах. Ему больно. Каждый день.

— Значит, он ждет чуда, — я застегнул камзол. — И чудо придет к нему. Вера, нам нужна одежда. Приличная. Я не могу идти к Епископу в этом рванье.

— Где мы ее возьмем? В канализации бутиков нет.

— Зато есть прачечная наверху, через которую мы выходили. И там наверняка есть забытые вещи. Или вещи персонала.

— А Борис? — Вера кивнула на гиганта. — Его ни в один смокинг не запихнешь. И рожа у него… не протокольная.

— Борис пойдет как есть. Точнее, в плаще с капюшоном. Он — мой «ассистент». Немой, уродливый, но сильный. Квазимодо при докторе Франкенштейне.

Я подошел к Кузьмичу.

— Дед, ты остаешься. Бережешь базу. Если мы не вернемся к вечеру… ты знаешь, что делать.

Старик перекрестил меня.

— С Богом, барин. Хоть вы и идете к черту в пасть.

— Мы идем вырывать у черта зубы, Кузьмич.

Мы собрались быстро.

Планшет, флешка, оружие (скрытого ношения).

И банка с «Черным клеем». Настоящим.

Если Епископ гниет, ему понадобится моя помощь. А если он откажется сотрудничать… что ж, у меня есть видео с его «эскортом».

Шантаж и медицина. Два столпа моего успеха в этом мире.

Мы вышли в тоннель метро.

Вольт шел рядом со мной, его руки дергались, словно он играл на невидимом пианино.

— Барьер… — шептал он. — Он поет… Высокая нота… Док, если мы ошибемся, нас расплавит.

— Не расплавит. У нас есть пропуск.

— Какой?

— Грехи Епископа. Они тяжелее любого барьера.

«Прачечная Мадам Вонг» находилась в подвале неприметного здания на границе Китайского квартала и Промзоны.

Здесь не задавали вопросов. Здесь просто выводили пятна. Любые пятна: вино, соус, порох, мозги.

Мы вошли через черный ход.

Нас накрыло облаком горячего, влажного пара, пахнущего крахмалом и химическим растворителем.