Книга Протокол «Вторжение», страница 94 – Виктор Корд

— «Чистильщики», — процедил я. — Личный спецназ Меньшикова. Отряд «Тишина». Они пришли зачистить территорию до приезда официального следствия.

— Их там человек пятьдесят, — оценила Катя, прикрыв глаза. — И у них есть боевые маги. Я чувствую три источника силы. Не очень мощные, но профессиональные.

— Они хотят взорвать подвалы, — поняла Инга. — Уничтожить лабораторию Предтеч. И доказательства связи Меньшикова с Доминионом.

Я посмотрел на свою руку. Кольцо на пальце было тусклым. После выброса энергии «Чистого Листа» ему требовалось время на перезарядку. Я не мог устроить Армагеддон щелчком пальцев.

А из оружия у нас — только трофейные пистолеты и мой пустой «Медведь» (последний магазин я расстрелял в Башне).

— Мы не можем дать им войти, — сказал я. — Если они взорвут лабораторию, мы потеряем технологии. И будущее.

— Макс, нас трое. Один калека, один техник и один менталист с мигренью. Против роты спецназа.

— У нас есть преимущество. Это мой дом. Я знаю каждый камень.

Я коснулся гарнитуры.

— Граф? Вы слышите?

Шипение. Глушилки работали.

— Черт… Связи нет. Придется справляться самим. Инга, ты можешь подключиться к турелям периметра? Тем, что еще целы?

— Попробую. Но мне нужен физический доступ к кабелю. Ближайший узел связи — в сторожке садовника, метрах в ста от ворот.

— Я прикрою. Катя, твой выход. Сделай так, чтобы они смотрели в другую сторону.

Мы ползли через кусты рододендрона, которые когда-то любила моя мачеха.

Спецназовцы работали грамотно. Они выставили часовых, перекрыли сектора обстрела.

Они уже вскрывали ворота плазменным резаком.

— Сейчас, — шепнула Катя.

Она сняла ментальный блок.

Часовой на левом фланге вдруг замер. Он снял руку с автомата и начал чесать шею. Потом снял шлем.

— Осы… — пробормотал он. — Тут осы…

Он начал махать руками, отгоняя невидимых насекомых. Его напарник повернулся к нему.

— Ты чего, Серый?

— Они везде! Под кожей!

Это отвлекло их на пять секунд.

Этого хватило.

Мы с Ингой рывком преодолели открытое пространство и влетели в сторожку садовника. Дверь была выбита, внутри пахло гнилью.

Инга рухнула на пол, срывая панель со стены. Из пальца её кибер-руки выскочил щуп интерфейса.

— Есть контакт! — шепнула она. — Система «Гарпия»… три турели активны. Остальные уничтожены или обесточены. Боезапас — 20 %.

— Активируй! Цель — техника и тяжелое вооружение. Пехоту не трогать, патронов не хватит.

— Выполняю.

Снаружи раздался механический визг сервоприводов.

Три уцелевшие турели, замаскированные под садовые вазоны и статуи, сбросили камуфляж.

Стволы развернулись.

ТРА-ТА-ТА-ТА!

Крупнокалиберные пули ударили в борта черных БТРов.

Броня «Тайфунов» держала 12.7 мм, но турели били по уязвимым местам — оптике, колесам, внешним модулям связи.

Один БТР вспыхнул — пуля пробила бак.

Спецназ залег. Началась паника.

— Контакт! Засада! Подавить точки!

В ответ полетели гранаты. Одна из турелей разлетелась вдребезги.

— Они вычислят нас через минуту, — сказал я, выглядывая в окно. — Инга, есть доступ к внутренней связи Особняка?

— Да. Громкая связь работает.

— Врубай. На полную громкость.

Я поднес микрофон гарнитуры к губам.

— Говорит Максим Бельский, — мой голос, многократно усиленный динамиками по всему парку, прогремел над головами нападавших. — Вы находитесь на частной территории. Командир отряда, слушай внимательно. Твой наниматель, князь Меньшиков, уже списал вас в утиль. Вы — расходный материал. Уходите, и останетесь живы.