Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 4, страница 90 – Саша Фишер

— Подождите, я пакет подстелю… — сказала Ася. — Нельзя же ее голым задом прямо на этот пол…

Общими усилиями мы запихали безвольное тело Лены в душевую. Потом я вывернул до отказа кран холодной воды и отскочил за дверь.

— Закрой, а то рано выскочит! — посоветовала Люся.

— Да, точняк! — я захлопнул дверь и привалился к ней спиной.

— Какое ужасное у нее будет пробуждение… — с сочувствием проговорила Ася, извлекая из кармана сигареты.

В этот момент в душевой раздался пронзительный визг. Потом длинная матерная тирада.

— Выпустите меня! — уже вполне внятно и разборчиво заорала Лена, и ее кулаки загрохотали по двери изнутри.

— Ужасно… — вздохнула Ася и закурила.

— Надо подождать, когда догадается, — сказала Люся.

Вода продолжала шуметь, а Лена — долбиться в дверь душа. В какой-то момент Лариска, которая, ясен пень, увязалась за нами, начала хохотать.

Минуты через три, наверное, Лена догадалась, что можно закрыть кран и не стоять под холодной водой. Колотиться в дверь Лена тоже перестала.

Значит можно открывать.

Я распахнул дверь. Девушка сидела на полу, сжавшись в комочек. Плечи вздрагивали, на меня она даже глаза не подняла.

— Уходи, — буркнула она, когда я склонился к ней и коснулся ее плеча.

— Ага, разбежался, — хмыкнул я. — Если я тебя не доставлю домой, твой отец с меня шкуру спустит.

— Я не хочу домой, — пробормотала Лена, все еще не поднимая глаз.

— Ася, принеси что-нибудь накинуть, — попросил я. — Видишь, стесняется девушка…

— Хи-хи, стесняется… — прыснула Люся.

— Злые вы, — хмыкнул я. — Разные ведь обстоятельства, понимать надо.

Люся ушла в комнату и через минуту вернулась с мужским махровым халатом необъятного размера. Я поднял Лену с пола, и закутал ее дрожащее тело в халат. Она все так же старательно отворачивала голову, чтобы на меня не смотреть.

— Лена, ты как себя чувствуешь? — спросил я, выводя девушку из страшной и мокрой душевой.

— Нормально, — буркнула она.

— Судя по твоему лицу, ты все помнишь, да? — спросил я.

Лена промолчала, щеки ее вспыхнули до самых ушей.

— Так, дорогая, слушай меня, — я тряхнул ее за плечи и принудительно заглянул ей в лицо. — Мы приедем домой и никому ничего не расскажем, поняла? Скажем, что нашли тебя у новых подруг, где вы что-то такое делали… ну… крестиком вышивали. А телефона нет, вот ты и не позвонила. Ты слышишь меня? Мы с Лариской не скажем твоим родителям, в каком состоянии тебя нашли.

— Точно не скажете? — жалобно проговорила Лена.

— Зуб на сало, — хмыкнул я. — Все, что было у Боржича, останется у Боржича.

Вообще-то моим первым порывом было спросить, не склонили ли ее ко всей этой коммунальной кама-сутре насильно. Воспользовавшись тем, что она была пьяна в дрова. Но я не стал вполне сознательно. Во-первых, Лена уже пыталась разыграть подобную карту с Вовой-Велиалом, и незачем ее толкать на проторенную дорожку, а во-вторых, компашку Боржича я уже успел изучить довольно неплохо. Это товарищи безалаберные и неразборчивые в связях, конечно, но совершенно незлые. Потрахаться, изобретательно меняясь партнерами, они любят, но чтобы насильно… Ну и, судя по рассказам, опять же, Лена была вовсе даже не в состоянии «бесчувственное бревно». Она была активна, деятельна, и инициатива целиком и полностью исходила от нее. Что тоже, конечно не отменяет ситуации «ее опьянением воспользовались»,но вот конкретно в случае Лены мне не очень хотелось педалировать эту тему и нести в благожелательную и мирную хиппанскую компанию всякие неприятности в виде разборок с Грохотовым-старшим и всяческих заявлений в изнасиловании.