Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 4, страница 87 – Саша Фишер

— Боржич? — спросил я.

— Ага, он, — покивала Лариса.

— Ну это не самый плохой вариант, — задумчиво проговорил я. — Они могли пойти потом к нему, продолжать тусить…Телефона там нет, а вырваться оттуда — как из болота… Так, сейчас Борьке звякну и сгоняю туда, проверить.

— Я с тобой! — Лариса вскочила, отбросив плед.

— Да ну, что ты там забыла? — хмыкнул я. — Я быстро. Одна нога здесь — другая там.

— Да меня из дома не выпускают, а меня уже тошнит от этих Грохотовых! — взмолилась Лариса. — Их закорские родственники выставили, они приехали уже злыми, а тут еще и Лены нет, и вообще тарарам начался…

— Ладно, тогда одевайся пока, — я вышел из комнаты и направился к телефону. Набрал номер Бельфегора. Тот подумал и подтвердил слова Ларисы. Что вроде да, Лена затусила с компашкой Боржича. Когда ушла — не видел, но они вполне могли уехать и все вместе.

Гостей Боржича было слышно еще на лестнице. Завсегдатаям его квартиры, кажется, вообще все равно на время суток, день недели и вообще, что угодно. Одни уходят или засыпают, на их место встают другие, и все продолжается по кругу. Причем сам Боржич может как быть дома, так и нет.

Внешняя дверь в коммуналку была открыта. В очередной раз посочувствовал соседям Боржича. А еще почему-то вспомнил, как обычно пишут объявления о сдаче квартир и комнат — «адекватные соседи, хорошая инфраструктура, свежий ремонт». Интересно, а где-то существует параллельный мир аренды квартир. Где честно признаются, что за стенкой — бесконечный бухич, а в душ заходить аккуратно и тазик держать над головой, а то обваливающийся потолок может по темечку стукнуть.

— Тут всегда так шумно? — спросила Лариса. Скорее с одобрением, чем с осуждением. И даже с сожалением, что сама ночью так рано уехала, а тут люди продолжают веселиться.

— Это ж разве шумно, — усмехнулся я, открывая дверь.

— О, смотрите, кто пришел! — раздался радостный голос Люси, и песня под гитару сразу смолкла. Люся и Ася тут же бросились обниматься, раздались радостные возгласы.

«Ну вот теперь я еще и звезда, блин!» — подумал я, оглядывая сборище. Лены сходу я не увидел. Человек десять во главе с Боржичем сидели на полу вокруг табуретки, приспособленной вместо стола. На почетном месте кровати сидел патлатый парень с гитарой, а в центре комнаты стояла незнакомая девушка с бубном, сделанным из жестяной коробки из-под печенья.

— Хай, пипл! — хрипло сказал я и помахал всем рукой. — У меня вопрос на штуку баксов. Вы не знаете,где Лена?

— Лена? — Ася отлипла от меня и заглянула мне в лицо.

— Какая Лена? — спросила Люся.

— Ну… Такая девушка симпатичная, вчера с Боржичем танцевала, — объяснил я.

— Вот ты сейчас не сильно сузил круг поисков, — засмеялась Люся.

— Это такая со стрижкой каре? — спросила Ася.

— Ага, — кивнул я.

— Это Кама-сутра! — Ася радостно засмеялась. — Отличная девчонка! Или… Она что, твоя девушка? А как же Ева?

«Нда, боюсь, что я не очень хочу знать, почему Лену наградили таким прозвищем», — фыркнув, подумал я.

— Так она здесь была? — нетерпеливо спросил я. — А то ее родители волнуются, что ее дома до сих пор нет.

— Мммм, родители… — иронично протянула Люся. И тоже засмеялась.

С одной стороны, отлегло. Раз они так радуются, и даже какое-то прозвище ей придумали, значит она тут во-первых была, во-вторых — как минимум, она жива.