Онлайн книга «НИИ особого назначения»
|
— Понял, — сказал Эмиль. — Тогда так… Ты разобрался, как работать с лебедкой? — Теоретически, — честно ответил я. — Значит так, тогда слушай, что нужно сейчас будет сделать… Когда я посмотрел на таймер плюшки в следующий раз, из отмеренных нам «тридцать второй» двенадцати с лишним часов, осталось всего четыре. Куда делись восемь часов?! Здесь что, еще и время идет по каким-то своим законам? Хотя стоп. Логично же. Сначала мы добирались пешим ходом до лабораторного корпуса, потом Эмиль упал, а я бросился искать обходной путь. Потом нашел Костю и возился с «кузнечиком». А потом таскал Эмиля туда-сюда по колодцу, чтобы найти, в каком месте из стены вытекает эта самая «белая жижа». Потом нужно было взять пробу, чтобы точно убедиться, что это оно, то самое волшебное вещество, за которое кто-то там не против бы даже душу продать. Если бы кто-то покупал, конечно. Пора было выбираться. Лицо Эмиля то и дело перекашивало болезненное выражение. К ноге его я примотал, конечно, лангетку, но ничего не делал и никак не вправлял. Сначала он держался на обезболе, потом еще какое-то время на азарте. А сейчас действие и того, и другого закончилось. Да, четыре часа у нас еще было, конечно. Но… Еще и Костя… Вообще-то, его «плюшка» показывала, что опасности для жизни нет. Но он как отрубился, объяснив мне, как забраться в «кузнечика», так с тех пор в себя и не пришел. Я подтащил его тело поближе к Эмилю, тот попытался привести его в чувство, но безуспешно. Так что хрен знает… — Надо выбираться отсюда, — сказал я, заставив кузнечикавытянуться наверх. Хотелось заглянуть на крышу, но, кажется, длины ног для этого все-таки не хватит. Так что только в окна третьего этажа, может быть, получится. — У нас еще четыре часа, — простонал Эмиль. — Ты можешь еще успеть… — Однажды мы ходили в разведку с Мишкой-Гамми, — вдруг сказал я. — Это прозвище такое было у моего приятеля. Ну и осталось тоже. Эмиль смотрел на меня снизу вверх, лицо его с этого ракурса выглядело как белый блин в обрамлении рыжих волос. Молчал. Слушал. — Там дом была такой полуразваленный, вот типа такого, — я заставил «кузнечика» поднять меня еще чуть повыше. На самом деле было не по себе немного. Когда колени экзоскелета выпрямлялись, начинало казаться, что «кузнечик» — это ужасно хрупкая конструкция. Ветерок дунет, и я навернусь с высоты его тонких ног прямо на вон те камни с россыпью ломаных кирпичей… — А Мишка-Гамми его знаешь почему прозвали? — спросил я, прищуриваясь. Стекла в окнах третьего этажа почему-то уцелели. И через них было практически ничего не видно. Пыль, какие-то разводы, паутина, изнутри какие-то пятна бурые… — Мишка-Гамми любил прыгать. Вот и тогда он тоже прыгнул. Ну и навернулся, нога в трещину попала. Я осторожно двинул «кузнечика» ближе. Может, выбить это стекло нахрен? Кому тут сейчас нужны целые стекла в этой лаборатории? Вряд ли там кто-то работает сейчас… Эмиль молчал. Я скосил на него глаза. Осторожненько. Очень уж мне не хотелось потерять равновесие. Как говорил один мой хороший друг: «Я высоты не боюсь, я навернуться боюсь!» На лице Эмиля — болезненная гримаса и ожидание продолжения истории. — Он сказал, что все нормально, просто растянул лодыжку, — продолжил я. — Оставь, говорит, меня тут, я потерплю. Я поверил. Провозился там… довольно долго. До ночи. В засаду еще попал, пришлось там… делать всякое… В общем, потом я к Мишке-Гамми все равно вернулся, уже к следующей ночи только. И выволок его на своем горбу. А тот шуточки шутил бредовые. И был такой, знаешь, бодрячком. |