Онлайн книга «НИИ особого назначения»
|
Монитор не видно… А там сейчас надо ткнуть в согласие, чтобы «плюшка» вкатила Косте порцию стимулятора и чего-то там еще, чтобы он дотянул до больницы. Уф. Я выдохнул. Раз плюшка требует подтверждения, значит все не безнадежно. Если бы совсем кабзда, и жизненные показатели были угрожающими, то дожидаться кого-то еще умный прибор бы не стал. — Ты как? — я заглянул Косте в лицо. Он был бледен, на губе запеклась кровь, будто он ее насквозь прокусил, а в остальном… — Живот… — пробормотал он. — Камнем в живот попало… — Можешь поднять «кузнечика»? — спросил я. — Там Летяга в подвал упал, надо достать. — Я… — лицо Кости болезненно скривилось. — Боюсь, что нет. У меня внутри все в кашу. Помоги мне… — «Кузнечик» в порядке? — спросил я. — А что ему будет? — огрызнулся Костя. Похоже, препараты начали действовать. Глаза затуманись, зато говорить он стал более внятно. — Дотянись до зеленого фиксатора на манипуляторе. Видишь его? Я подтянулся еще, ухватившись за клешню правого манипулятора «кузнечика». Зеленый… Ага, наверное, вот этот рычажок… Повернул до щелчка. — Теперь такой же на ноге… — сказал Костя. — Только осторожнее, там, кажется, жгучая малина в кустах пряталась, перчатку надень… Теперь бы еще вспомнить, в каком кармане у меня перчатки! Надеюсь, в том, которой сверху сейчас. Я наощупь расстегнул клапан… Ага, отлично, это они! Перчатки тоже были яркого цвета, как и комбез. По инструкции намполагалось все время их носить, но никто так не делал. Надевали только при необходимости. Вот как сейчас, например. Жгучая малина — не сказать, чтобы какое-то особо опасное явление. Скорее неприятное и дурацкое. При касании голой кожей, довольно здорово обжигает. Посильнее, чем крапивой. А на месте ожогов вспухают ярко-красные наросты, похожие на ягоды малины. Заживают долго и противно. Сам я, разумеется, не видел пока. Рассказывали. Но на себе проверять не очень-то и хотелось. Фиксатор на ноге пришлось искать наощупь. И удалось это мне не то, чтобы с первого раза. Когда «кузнечик» выпустил, наконец, своего раненого оператора из цепких объятий, тот уже почти готов был опять потерять сознание. — Эй-эй, а ну не отключаться! — сомандовал я, выволакивая его тело из кустов. — А все остальные куда делись? — Там… — Костя снова болезненно сморщился. Но теперь это было не от боли, а скорее, от обиды что ли… — Не знаю, что это было. Все потемнело, а потом я пошел вниз… Там вроде бы кто-то из наших был… И в меня камень врезался. Как будто из катапульты пущенный. Кажется, то озеро ими плюется… — Темно стало, в смысле, как ночью? — спросил я, забираясь обратно в кусты, чтобы достать оттуда «кузнечика». — Нет… — пробормотал Костя. — Да… Не знаю. Ветер был, свист такой страшный. А потом темно стало. — Ну охренеть теперь… — вздохнул я, подлезая под одной из ног «кузнечика». Мне сейчас нужно было перезапустить эту адскую машину. Если он не сломан, то поднимется в исходную позицию — вертикальную, коленками назад. — Код семнадцать — тридцать два, — громко сказал мне в спину Костя. Интересно, что вся цифровая начинка «Кузнечика» была очень хорошо замаскирована. И код этот самый, для перезапуска, нужно было вводить на кнопочном пульте, вроде домофона. Но при этом «мозги» у «экзоскелета» точно были. И если бы я был программистом, то знал бы, где они находятся. Но программистом я не был, так что… |