Книга НИИ особого назначения, страница 91 – Саша Фишер

Я подошел ближе. Почва в том месте, где он стоял, была как будто вспахана, так что следы на ней отпечатались четко. Тонкие трехпалые — «кузнечиков», отпечатки протекторов — ботинки Светы и Стаса. И отпечатки босых ног, только здоровенные, как будто тут великаны ходили.

— Эти были позже, — сказал я. — Не похоже, что тут была какая-то борьба. Сначала потоптатись «кузнечики», а уже потом эти… большеноги.

— Два большенога, — уточнил Эмиль.

— Или один четырехногий большеног, — фыркнул я.

— Тут никого такого не водилось… — начал Эмиль, потом посмотрел на меня. — А, это шутка… Ну да, смешно.

Эмиль сделал еще несколько шагов вдоль стены, и вдруг нелепо замахал руками и начал проваливаться куда-то вниз. Я рванулся к нему, но не успел, пальцы соскользнули, и он исчез в темной яме под стеной. Я резко упал на землю и отполз в сторону, пока меня не заволокло следом за ним.

— Эмиль! — крикнул я, ухватившись для надежности рукой за какой-то куст. — Ты как, живой?

— Эй… — глухо раздался голос из-под стены.

— Подожди, сейчас я к тебе спущусь! — я начал шарить по поясу, нащупывая моток веревки.

— Нет! — раздалось снизу. — Тут высоко, нужно другой путь найти! Я кажется ногу сломал…

— Твою мать… — прошипел я, отполз от ямы еще подальше и поднялся на ноги. Огляделся. Глухая кирпичная стена одного из корпусов старой лаборатории. Самая южная постройка из всех. Небольшой домик, высотой примерно в три этажа. Входа с улицы в это здание нет, только через галерею из основного. Ну или можно забраться через окно на высоте второго этажа.

Я дошел до угла и замер. «Из-за угла не выглядывать!» — вспомнил я одно из неофициальных правил безопасности. Отошел от стены еще дальше, почти до самой расселины,которую нам пришлось преодолеть перед этим. Стена за углом была заплетена кривыми красноватыми лианами в руку толщиной. Раньше не видел, но слышал. Сами по себе лианы не опасны, но на них есть цветы, плюющиеся шипами. Комбез не пробивают, плохо будет, если в лицо попадет. Или в руку.

Яд не смертельный, но галлюциногенный. Что в моей ситуации примерно одно и то же.

На другой стене ситуация была лучше. Никаких посторонних растений, только корявенькая сосна, по которой отлично можно забраться в окно. Приветливо оскалившееся осколками стекла.

Под окном имелся четкий отпечаток лапы «кузнечика». Будто оператор остановился рядом и разогнул ноги, чтобы заглянуть в окно. А на траве было что-то черное, будто здесь пролили отработанное машинное масло.

Я еще разок огляделся, чтобы убедиться, что ничего вокруг не собирается менять форму, прыгать, чем-то стрелять или распространять удушливый запах. Подпрыгнул и схватился за короткий сук сосны, обрубленный еще в явно какие-то незапамятные времена. Забрался выше, заглянул в окно.

Внутри царил разгром и запустение. Рабочий стол косо стоял посреди комнаты, будто его туда выкинуло землетрясением или чем-то подобным. Пол был усыпан осколками стекла, лабораторных склянок и непонятного какого-то мусора. С потолка свешивалась висящая на честном слове лампа дневного света, похожая на рыбий скелет. В дальнем углу что-то светилось. Синим. И через щель под закрытой дверью тоже пробивался синий свет.

Ясно, путь закрыт. Синее — всегда смертельно.

Я спрыгнул обратно на землю. Два варианта — как-то в одиночку пробиваться к Эмилю или искать, куда делись остальные. Они не могли совсем уж далеко исчезнуть, так-то эти здания — и есть наша цель.