Книга НИИ особого назначения, страница 65 – Саша Фишер

— Информация засекречена? — понимающе покивал я.

— Да нет, зачем? — Эмиль остановился возле кресла посетителя и облокотился на спинку. — Просто когда мне начинают объяснять, это звучит, как будто мне дельфин что-то рассказать пытается. Я знаю, что он очень умный, и что вот это его «уо-уо-уо» наверняка по делу. Вот только языка не знаю.

— Я думал, что «тридцать вторую» только изучают, — хмыкнул я. — Замеры там всякие, приборы…

— А это от миссии зависит, — Эмиль наклонился к ручке, нашаривая кнопку вызова медсестры. — Бывает, что только замеряем. Но в этот раз было вот так… Слушай, так жрать хочу, что уже бы коня съел. Ты обедал?

— Конечно, — кивнул я.

— А одежду мою случайно не догадался принести? — Эмиль несколько раз взмахнул руками. — И где моя «плюшка»?

— Одежду принес, в камере хранения оставил, — сказал я. — А плюшка… Эээ…

— Тогда я сейчас оденусь, и пойдем в столовую, лады? — Эмиль посмотрел на меня. — Ты же не против еще что-нибудь съесть?

В этот момент дверь открылась.

— Лапочка, принеси мою одежду, пожа… — разворачиваясь, начал Эмиль и замолчал.

— Здравствуйте, Эмиль Оттович, — бесцветно проговорил человек в сером костюме. Может быть и тот же, который меня сегодня опрашивал. А может и нет. Лицо и у того, и у другого было совершенно незапоминающимся.

— Наверное, мне пора? — сам не знаю, было мое высказывание вопросом или утверждением. Вроде ничего такого особенного не было в этом новом госте, но от его вида пробирал легкий холодок, а под в коленках образовывалась пустота.

— Да, это вы верно подметили, — полукивок в мою сторону. Уголки губ дрогнули, но взгляд не изменился. Никакой прямой угрозы от этого человека не исходило. Он был сама доброжелательность. И где-то даже сочувствие. Вот только…

— Дикон Павлович Демидов, Комитет Государственной Безопасности, — услышал я, закрывая дверь в палату Эмиля. Направился к крыльцу. Там рядом есть уютное местечко для посиделок на свежем воздухе, подожду Эмиля там.

Интересно, на самом деле. Я лично никогда не сталкивался с «глубинным бурением». Не случалось, знаете ли, попадать под прицел безопасников, никогда я не было птицей того полета, которая реально представляла бы угрозу родине. Но вот я увидел сейчас этого человека в сером, и растекся нервной лужицей. Ну ладно, ладно. Не растекся, что уж я так о себе невежливо? Но в любом случае нельзя сказать, что я отреагировал адекватно. Занервничал же явно, перед собой-то я могу быть честным. А почему, казалось бы?

Этот рефлекс у всех рожденных в СССР вшит что ли?

Я спустился с крыльца, свернул на тропинку и направился к простецкой деревянной беседке, прилепившейся к замшелому валуну размером с жигули.

— Ох, простите, я вас не сразу заметил, — я сделал шаг назад. Беседка сначала показалась мне пустой, не сразу заметил девушку.

— Нет-нет, вы садитесь, все нормально! — запротестовала она, торопливо туша об камень сигарету. Смутилась. — Я просто… Ну… Не говорите никому, что я курю, ладно? Я вообще-то не курю. Просто…

— Меня зовут Клим, — сказал я, усаживаясь напротив незнакомки и разглядывая ее. Не похожа на «боевиков» из наших. Русоволосая, длинные волосы заплетены в косу, носик вздернутый, россыпь веснушек, внимательные серые глаза. Сколько ей лет — хрен скажешь, тут вообще сложно определять возраст. Чисто на вид — лет двадцать, а в реальности может оказаться все пятьдесят. Одета в синий спортивный костюм. Этакая «герл-фром-некст-дор» во всей красе.