Онлайн книга «НИИ особого назначения»
|
Я покивал. Мол, ну да, я все понял, не возражаю. Действительно, что тут непонятного-то? — Три года назад проводили один эксперимент, — ослепительно улыбнувшись, сказала Настя. И сжала локоть Романа, чтобы тот перестал трепыхаться. — Рома может тебе сейчас в высоконаучных терминах объяснить, что должно было получиться в результате, и почему не получилось, но лично для меня вся эта квантовая физика вместе с квантовой механикой — это что-то из области магии. Они говорят вроде понятные слова, а я будто птичий щебет слушаю. Так же история, да, Клим? Она подмигнула. Я кивнул. — Ну да, я по лицу твоему поняла, — Настя похлопала меня по плечу, но локоть Романа не отпустила. — В общем, все, что тебе нужно знать об этой истории — там проводили эксперимент, и что-то жахнуло. Пошло совсем не по плану, были жертвы и разрушения. Но главное последствие обнаружилось потом. Вокруг лабораторных корпусов образовалась… гм… пространственно-временная флуктуация. Вот смотри… — Она подобрала веточку и схематично изобразила карту окрестностей. — Вот Онега, вот Соловец, вот Белое море, а вот беломорский канал. Вот примерно здесь стояли лабораторные корпуса. А теперь вот примерно такую площадь занимает так называемая «Граница тридцать два», — Настя щедрым размашистым росчерком изобразила кляксу, похожую на отпечаток четырехпалой руки, дети еще так рисуют. — Верно я излагаю,Роман Львович? — Надо заметить, что связь образования этой флуктуационной зоны и эксперимента — вопрос еще не доказанный… — задумчиво проговорил Роман. — Потому что к «Границе тридцать два» отнесли не только пространственные аномалии, которые случились после того… эээ… злосчастного эксперимента. Дело в том, что эта область, примерно в этих же границах, и раньше привлекала к себе повышенное внимание… — Эх, Рома, — философски протянула Настя, приобняв кучерявого за плечи. — Меня так возбуждает твой высоконаучный гундеж… В общем, эти места для жизни стали совершенно непригодными, хотя ходят слухи, что где-то там за ленточкой сохранились аборигены, только пока контакты точно не зафиксированы и не записаны, а значит это все еще проходит под грифом «байки». — А почему для жизни не пригодны? — спросил я. — Радиация? — Как ни странно, нет, — покачала головой Настя. — Ну, то есть, кое-где там радиационный фон изрядно повышен, но дело не в радиации вовсе. Так просто и не опишешь, наверное. Я сама внутри была только до второй вешки. Впечатляет. И ни на что не похоже. Кстати, Рома, как-то не было возможности сказать, но трансляция в реальность Клима была приблизительно схожа по ощущениям. Так что, скорее всего твоя гипотеза, что это явления одного порядка, недалека от истины. — Вот это я и пытался доказать ученому совету! — горячо воскликнул Роман. — Но мне все зарубили… — Мы отвлеклись, — безжалостно отрезала Настя. — Таким образом, теперь мы имеем под боком аномалию неясной природы. И, как ученые, обязаны ее исследовать. Для этого даже выделили специальное подразделение. Которому за три года название так и не придумали, так что называется оно «Отдел тридцать два». Принимают туда только добровольцев. И желательно с боевым опытом, потому что приходится… эээ… сталкиваться с некоторой агрессивностью среды. Смекаешь, к чему я веду, Клим? |