Онлайн книга «НИИ особого назначения»
|
Которая в моем мире все поломала, а в этом — запустила настоящий ренессанс всего, что касаетсянауки и ученых. В девяностых была сформулирована концепция научного оккультизма, Проект «Орион» свернули, вместо него развернули кое-что другое… За НИИ 122 закрепился страшненький статус надзирателя за всея советской наукой, главной задачей которого было тщательно проверять, не выбросили ли товарищи ученые из других институтов что-то полезное в мусорную корзину. С одной стороны, дело полезное, с другой — вслед за чудаковатыми «ангелами сто двадцать два» всегда приходили гораздо менее приветливые люди. Чтобы проверить, настоящий ли был недосмотр или сознательный саботаж… Путаница, которой воспользовались мои новые друзья, была как раз из этой области. Отдел научного оккультизма по давней традиции числился целиком и полностью на военном ведомстве. И практически все его сотрудники в обязательном порядке имели воинские звания. И числились они не где попало, а в военной контрразведке. Числились, ну-ну… Настя об этом рассказывала с такой безмятежностью, будто про новое платье болтала. Ну или анекдот рассказывала. Рисуется, ага. «Смотри, Клим, я ненастоящий особист, я только корочки нашла!» Под все эти развеселые рассказы мы вышли из лабораторного корпуса. Только не через центральный вход, а через грузовой бокс, в котором, несмотря на официальное завершение рабочего дня, вполне себе кипела жизнь — компашка мужиков в изгвазданных и заслуженных робах азартно кучковалась вокруг старенького грузовичка, который когда-то явно был зилом, а сейчас… Но сильно разглядывать гаражное творчество мне не дали. Да я и сам не стал, чтобы нить повествования не упустить. С одной стороны, было интересно, конечно, поглазеть, как трудяжка-зилок превращается в монстра типа оптимуса-прайма, с другой — так, тут на кону, кажется, мое настоящее и будущее, так что не отвлекаемся, не отвлекаемся. Так что я слушал, развесив уши. Ну и немного смотрел, куда мы идем, конечно. После второго круга по одним и тем же улицам сделал вывод, что никуда меня целенаправленно не ведут, просто мы бесцельно гуляем по городку. А на набережную не идем, потому что к вечеру поднялся мерзенький такой ветерок, и рядом с Онегой в такую погоду гулять то еще удовольствие. — Ты только не думай, что мы были научным цербером и ничего больше, — сказал Роман, когда мы остановились рядом с длинным бревенчатымдомом с крохотными окошечками и высоченным забором из толстых потемневших досок. — Собственно, я и сам здесь оказался как раз потому, что мое исследование было перечеркнуто как нецелесообразное. Но вмешалось НииБеШу, меня перевели в Соловец, и с тех пор я… — БеШу — это белого шума, все верно? — уточнил я на всякий случай. — Точно, — Роман подмигнул. — Как-то так получилось, что мы остались единственным научно-исследовательским институтом в союзе, который так и не получил собственного названия, как тот же «Гидроприбор», например… — А что там с экспериментом, лабораториями и всем таким прочим? — перебил я его, не дожидаясь, пока он уйдет далеко в сторону от интересующего меня вопроса. — Дело было в аварии на узле малого ускорителя, — сказал Роман не терпящим возражений тоном. Будто ему уже многократно приходилось на эту тему спорить, и он готов был прямо сейчас аргументированно доказывать свою правоту. |