Книга За глупость платят дважды, страница 122 – Саша Фишер

— Кукс, — ответил Шпатц. Напряжение, тоска и прочие сложные чувства его уже отпустили. Он смотрел, как герр Крамм изображает неподдельное возмущение, и у него едва получалось сдержать улыбку. Конечно, Бенедикта не виновата. Она, надо заметить, была вполне вежлива и корректна. Особенно с учетом истории из знакомства. Но Крамм был бесподобен, конечно. — Ханс Кукс.

— У него еще и имя дурацкое, — Крамм хлопнул себя руками по бедрам и сел. Потом снова вскочил. — Вы бы лучше разобрались с вашими молокососами, которые бомбардировали герра Шпатца своими детскими угрозами!

— Герру штамм Фогельзангу угрожали? — в глазах Бенедикты засветился огонек азарта.

— О да! — Крамм быстро метнулся к своему портфелю, который он оставил в прихожей. — К счастью, герр Шпатц видел не все письма. Можете полюбопытствовать...

Крамм положил перед фрау пакт Гогенцоллен тонкую стопку листков бумаги. Она пробежала глазами по одному письму. Взяла второе. Потом третье.

Шпатц посмотрел на Крамма. Тот подмигнул. «Интересно, откуда взялись другие письма? — подумал Шпатц. — Крамм умеет подделывать почерк?»

— Вы знаете, кто их писал? — резко спросила Бенедикта, подняв взгляд.

— К сожалению, да! — Крамм снова сел. — Один наш давний приятель, герр Бенингсен, привел нас к себе в редакцию на заседание клуба этих юных дарований.

— Бенингсен, вы сказали? — фрау снова взялась за ручку. — Вы не будете против, если я оставлю эти письмау себя?

— Разумеется... — Крамм потянулся к графину с водой, налил немного в пустой стакан и замер. — Подождите! Вы считаете, что они могут быть причастны к этому покушению?

— Я обязана допросить их и проверить это, — ответила Бенедикта.

— Они мне показались просто тяфкающей шпаной, — Крамм задумчиво покрутил стакан на столе. — Впрочем, я не буду мешать вам делать вашу работу.

Губы Бенедикты скривились в ироничной усмешке. Но буквально через мгновение ее лицо снова стало серьезным.

— Бенингсен, — сказала она.

— Что Бенингсен? — переспросил Крамм.

— Это тот самый Бенингсен, который издает газету «Семь добродетелей»? — она постучала ручкой по столу.

— Насколько я знаю, да, — Крамм пожал плечами. — Он всегда издает какую-то газету, в Билегебене, где мы познакомились, он занимался тем же. А что?

— Ничего, просто уточнила, — глаза ее хищно блеснули. «Похоже, что у нее с ним имеются какие-то свои счеты, — подумал Шпатц. — Что ж, даже жаль, что он успел покинуть Аренберги!»

— Фрау пакт Гогенцоллен, вы задали все вопросы, которые хотели? — спросил Крамм и снова вскочил.

— Думаю, да, — Бенедикта кивнула. — Если вдруг мне потребуется информация, я вас вызову в полицайвахту.

— Сожалею, фрау пакт Гогенцоллен, — Крамм развел руками. — Явиться мы уже никак не сможем, потому что вынуждены покинуть ваш замечательный город и вернуться в Пелльниц. Впрочем, если информация вам действительно будет нужна, то я черкну вам адрес, по которому можно направлять корреспонденцию в резиденцию Фогельзангов, чтобы ее не выбросили в мусорную корзину.

— Мне сообщили, что герр посол Карпеланы хотел бы побеседовать с герром штамм Фогельзангом, — сказала женщина.

— Если герр посол непременно этого хочет, он может купить билет на рейсовый люфтшифф, и мы с удовольствием с ним побеседуем, — Крамм растянул губы в улыбке. — О чем я действительно жалею, так это о том, что мне не удалось сводить вас на свидание, прекрасная фрау Бенедикта! А что касается посла...