Книга Честность свободна от страха, страница 93 – Саша Фишер

— Герр Шпатц, все это звучит очень плохо. Я никогда не интересовался всерьез способностями виссенов, к счастью, эта тема вообще обходила стороной мою скромную контору…

— Может быть, это был просто кошмар. Вчера был сложный день, который закончился в полицайвахте…

— Может быть. Ты готов заключить пари на это?

— Нет, герр Крамм, — Шпатца передернуло. — И что же нам делать в таком случае?

— Самое время признать поражение, герр Шпатц, — Крамм снова взял кружку, заглянул в нее, скривился и не стал пить. Шпатц поднялся с дивана, наполнил чайник водой и поднес спичку к фитилю примуса.

— Явиться к полицаям и все им рассказать?

— Нет. Еще нет. Время вызвать Пфордтена и выложить ему правду о его супруге и настоящем отце Сигилд. Сейчас нас с тобой перед полицаями оправдывает контракт и расписка о неразглашении. Но одно только подозрение, что мы укрывали виссена, да еще и готовили ее побег из страны, способен поставить крест на нашей идеальной репутации.

— Или жизни?

— И жизни. Пфордтен находится в худшем положении — он целых девятнадцать лет растил виссена в своем доме, — Крамм усмехнулся. — Он имеет право хотя бы об этом знать.

— И мы предоставим ему право самому принять решение, что делать с этим знанием?

— Да.

— А если он решит продолжать поиски и придерживаться плана выдать Сигилд за Гоззо?

— Тогда пусть сам ищет это маленькое чудовище. Мы просто сожжем папку и забудем эту историю как страшный сон.

— Как страшный сон… — повторил Шпатц, посмотрел на свои руки и пошевелил пальцами. Тень от утренней боли все еще отзывалась в суставах.

Крамм вскочил и решительно направился к телефону.

— Фройляйн, будьте так любезны, соедините меня с номером герра Клауса пакт Пфордтена. Да. О, у вас такой сладкий голос! Конечно, знаю. Семь-один-восемь-восемь-два. Благодарю! Герр пакт Пфордтен?

Шпатц забрался в мобиль, раскрыл свой блокнот и пробежал глазами по составленному списку. Перед тем, каксхватить плащи и поехать навещать Пфордтена в его похожем на кремовый торт особняке, они скрупулезно перебрали известные им сведения. «Никакой импровизации в серьезном разговоре быть не может, герр Шпатц! Если есть возможность, следует подготовиться!» — сказал Крамм и заставил его думать и писать.

Первым пунктом было обозначено настоящее отцовство. И фотопортрет Сэппеля Вологолака в качестве доказательства своей версии. «Мы скажем, что нашли его мертвым, герр Крамм?» — «Конечно же, нет, герр Шпатц!»

Вторым пунктом были следы оккультного кружка в старом доме Пфордтенов. «Нам придется на словах рассказывать, что мы видели там фотопортрет Адлера штамм Фогельзанга… Герр Шпатц, а вы не думали освоить искусство фотографии? Это бы сильно упростило нам работу…»

Третий пункт — рассказ о том, что Фрид пыталась договориться с Краммом о судьбе девочки, помощи в изготовлении поддельных документов и вывозе ее из страны. «Опасный момент… Пфордтен может решить, что мы оговариваем его супругу и потребовать доказательств, которых у нас нет…»

Четвертый пункт — клиенты Сигилд. Коллекционер дирижаблей, эксцентричный ученый, и третий. «Они уважаемые люди, мы не будем называть Пфордтену их имен, зачеркни их, чтобы нельзя было прочитать, герр Крамм!» — «Мы скажем про тайный анализ, показавший, что Сигилд — виссен?» — «Разумеется! Мы из-за этого и затеваем весь этот разговор!»