Книга Каждый мародер желает знать…, страница 48 – Саша Фишер

Если и правда одна живет, то это не очень хорошо. Если она не будет ни с кем разговаривать, то какой мне смысл за ней подглядывать?

Впрочем, слова Осипа — это пока не очень проверенный и достоверный источник. Я при желании и сам мог прикинуться бедненьким, давануть на жалость и насовать под это дело любой дезы...

Освещено было только одно окно в доме — самое правое на первом этаже. Собаки во дворе тоже не было. Я осторожно прокрался под тремя темными окнами. Несколько секунд подождал, прислушиваясь. Потом осторожно заглянул внутрь.

Женщина сидела на простом стуле посреди комнаты и смотрела прямо на меня. Как будто она ждала, когда я загляну. Спина прямая, руки сложены на коленях, на суровом грубоватом лице — мрачная решимость.

— Если ты пришел меня убивать, то, пожалуйста, сделай это быстро, — сказала она.

— Убивать? — спросил я. — Но я не собираюсь вас убивать...

— Тогда зачем ты пришел? — ее лицо стало удивленным.

— Эээ... — признаться, я вообще не ожидал этого разговора, так что был несколько сбит с толку. — Можно мне войти?

Не дожидаясь ответа я перемахнул через подоконник. Если уж я вступил в непонятные какие-то переговоры, то не хотелось сходу привлечь внимание соседей. Женщина никак не отреагировала на резкое движение. Сначала она показалась мне совсем молодой, но, приглядевшись, я понял, что впечатление было обманчивым. Просто дама была очень стройной. И еще у нее были роскошные волосы цвета спелой пшеницы. На самом же деле ей было не меньше сорока лет. Лицо не сказать, чтобы женственное, слишком уж резкие черты. Этакая дамочка-сержант, если в военную форму переодеть. Я разглядывал ее, а она меня. В глазах ее сначала появилось недоумение, а потом что-то вроде любопытства. Будто она ждала вместо меня кого-то другого.

— Кто ты такой? — спросила она.

— Богдан, — ответил я. — Я правильно понял, что вы кого-то другого ожидали?

— Нет, — после небольшой паузы сказала она. — Я знала, что он вряд ли мне теперь просто так позволит жить.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — я пожал плечами. — Вы же Вера Никаноровна, так? Староста Белобородово?

— Послушайте, — ее глаза снова потухли. — Не надо со мной играть. Я знаю, что виновата. И должна понести наказание. Если ты пришел сюда, чтобы сначала добиться раскаяния, то этого не будет. Просто делай свою работу.

— Так я и так делаю свою работу, — я усмехнулся. — Только вот в нее не входит ваше убийство. Или раскаяние.

— Моего сына ты все равно не достанешь! — глаза женщины зло сверкнули. Похоже, я оказался героем какой-то чужой драмы.

— Слушайте, дамочка... — начал я, а потом подумал, что мне совершенно незачем посвящать ее в свои настоящие дела. Она уже все за меня придумала, и теперь мне нужно всего лишь ей подыграть. И тогда, возможно, я узнаю довольно много интересного...— Да что вы вообще можете знать о наказании?

— Я же просила обойтись без нравоучений... — женщина сгорбилась. — Какой смысл? Ты хочешь почувствовать свою власть надо мной? Или что?

— Вы могли меня пристрелить, — я кивнул в сторону прислоненного к стене ружья. — Но почему-то этого не сделали.

— Я уже устала от всего этого.

В этот момент я остро почувствовал опасность. Либо в дом проник кто-то еще, либо вот-вот собирается проникнуть. Я бросился вперед, роняя женщину на пол вместе со стулом. Что-то просвистело, потом прогрохотало и покатилось по полу. Круглый булыжник. Похоже, влетел в открытое окно. Запустили из пращи.