Книга Красный Вервольф 5, страница 61 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

— Имя? Звание? Цель заброски?

Нет, он не сразу раскололся. Еще немного повыкаблучивался. Начал упирать на то, что он гражданин Великой Германии и не позволит порочить свое честное имя. Пришлось объяснить лжепрофессору, что запирательства в гестапо ему не помогут. И тогда липовый русист из Гейдельберга тут же заткнулся, поправил одежду, вышел в комнату, где был накрыт стол, опустился на стул, налил себе водки, хлобыстнул и поник головой. Я кивнул Марте, дескать, спектакль окончен и присоединился к ее «дяде».

— Мое имя Гарри Локвуд, я агент секретной службы его величества, — проговорил он. — Надеюсь, вы не передадите меня в руки нашего общего врага?

— А почему вы уверены, что я не сотрудник СД? — спросил я.

— Трудно сказать… — пожал англичанин плечами. — Наверное, потому, что вы слишком деликатно со мною поступили.

Разговор шел по-русски, так что фройляйн Зунд только головой крутила, пытаясь вникнуть в смысл нашего разговора.

— Ладно. Не будем ходить вокруг да около, — сказал я. — Я не служу в немецкой контрразведке. Остальное вам знать не обязательно.

— Этого достаточно! — отмахнулся Локвуд. — Чего вы от меня хотите?

— Вы ведь сотрудничаете с Аненербе, не так ли?

— Совершенно верно.

— Мне необходим доступ к документам проекта «Sternenfeuer».

Британский разведчик усмехнулся.

— Мне тоже… — и пояснил: — Видите ли, мистер Горчаков, я занимаюсь древнерусскими летописями и государственными актами, а к вышеназванному проекту касательства, увы, не имею.

— Значит, будем искать вместе.

— Согласен!

Я налил нам обоим, и мы выпили за победу. Марта хлопала глазами. Локвуд поднялся, уже не слишком твердо стоя на ногах, в самых изысканных выражениях, какие только нашлись в языке Гёте и Шиллера, принес ей свои извинения. Фройляйн Зунд их приняла, и мы отправились восвояси. Пока мы с ней вышагивали по темным и тихим улочкам оккупированного Пскова, меня мучило какое-то несоответствие во всем случившемся. Не слишком ли легко раскололся британец? Все-таки разведчик!

И снова зашевелился червячок сомнения, касательно любовницы. А вдруг не мы с нею, а она с ним разыграли спектакль? Для меня. Ведь у них было время сговориться, покуда я полковника Киппа посещал. А может быть и раньше. Еще до их встречи в музее. Что я знаю о жизни фройляйн Зунд с осенисорок первого до момента нашей, опять же, совершенно случайной встречи на вечеринке у князя? То, что после гибели графа Сольмс-Лаубаха, ее якобы допрашивали в гестапо? И то лишь с ее слов.

А что я знаю о ней вообще? Да — ничего! Выходит, если Марта мне лжет, то я у нее на крючке. Как бы ее проверить? Ведь не зная истинного лица своей любовницы, я не могу знать и того, на что она готова, лишь бы это свое истинное лицо скрыть? Допустим, она агент немецкой контрразведки с самыми широкими полномочиями, и ее задание выявлять русских шпионов, засылаемых в Плескау, почему же она до сих пор не сдала меня? Ведь для этого у нее была масса возможностей? Хочет выйти через меня на всю шпионскую сеть?

Какая у меня сеть? Кузьма, Злата, Рубин и Митька. Ну еще — Лаврик. А также — выход на отряд Слободского. И косвенно — на моего дедушку, Анхеля Вольфзауэра и его эмигрантскую, но не антисоветскую организацию. В общем-то — немало. В случае чего, я могу потянуть за собой столько прекрасных, честных людей. Нет, не могу. Гестапо из меня ни слова не выбьет. Главное, чтобы случайно не зацепить… Вот что, надо фройляйн Зунд на золотом деле проверить, дабы «золото Рейна» не уплыло к американским богатеям.