Книга Красный вервольф 3, страница 62 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

Я даже эти ложки-вилки помню. Разложенные на бархатных скатертях. Устроители решили не просто разложить их в витринах, а вроде как столы накрыть. Даринка была в восторге, да и мне понравилось. Даже фоток несколько сделал на телефон…

Как в кино, бл*ха! В том самом, где Шварценеггер спасал Марс в компании с воинственной брюнеткой, а женой его была Шерон Стоун.

Я точно знаю, что ничего подобного не было, но помню события до последней мелочи. Как с тем кожаным чехлом в камине разрушенного особняка. Я вмешался в ход истории, а там, в другом времени другой я проживаю события, которые случились, благодаря моим действиям здесь.

Ух! Прямо мозг кипит от таких мудреных хитросплетений! Сейчас и впрямь не помешала бы рюмка шнапса…

Я проснулся, когда состав остановился. За окном был хмурый рассвет и вокзал Пскова. С перрона слышалась немецкая и русская речь, там готовились разгружать прибывший состав, а кое-кто из местных жителей уже смекнул, что вокзал — отличное место, чтобы «делать бизнес» и уже устроили тут неофициальные торговые ряды. Вот ведь рисковые жулики! Пообвыклись, как я посмотрю. Немецкая комендатура строго запрещала торговлю в во всех местах, кроме рыночной площади и набережной Великой. Но как только они перестали расстреливать за нарушение, по всему городу тут же возникли стихийные базарчики из пары-тройки ящиков. Вот и здесь тоже. Раннее утро, до начала официального торгового времени еще пара часов, а эти уже здесь. Топчутся, на ящиках снедь всякую выложили. Один вообще охренел — повесил на грудь картонку, на которой крупными буквами было написано:

Пассажиры в нашем вагоне уже потянулись к выходу. Я тоже вскочил и повернулся к графу, ожидая распоряжений.

— Ступайте домой, герр Алекс, — милостиво кивнул граф. — Мы отлично поработали, так что сегодня у вас выходной.

Я благодарно кивнул. А просебя подумал: «Очень вовремя, герр граф. Мне как раз надо выяснить, где этот чертов склад, и устроить, чтобы ящики с янтарной комнатой его благополучно покинули…»

И послушно направился к дому. Город еще не проснулся, улицы пустынные. Никого, кроме редких эстонских патрулей. Которые, к счастью, ко мне не докапывались. Я свернул на Детскую, прошел дворами, ежась под мерзким мелким дождичком. Гимнастерка, которую я честно по приказу графа прошлой ночью постирал и зашил, моментально промокла, так что последний квартал я преодолел бегом. Вбежал на зеленое крыльцо, рванул дверь и ввалился в уютное тепло дома Марфы. Судя по всему, там решили в первый раз за сезон затопить печь, так что в доме было реально тепло. А с кухни тянуло чем-то вкусным.

— Доброе утро, Саша, — не поворачиваясь, сказал лисья морда. — Как сложилась поездка?

Он стоял над кастрюлькой и помешивал овсянку. Часовщик сидел на табурете за столом и с аппетитом поглощал бутерброды с колбасой, запивая их чаем из кружки. Митька топтался посреди кухни. Судя по всему, до того, как я заглянул, он что-то рассказывал, размахивая руками.

— Доброе утро, Степан, — сказал я. — Лазарь Иванович, Митька… Приятного аппетита. А поездка моя вроде неплохо. Хотя это как посмотреть. Дворец екатерининский жалко. Разрушен сильно. В Царском селе на фонарях местные жители развешены.

— Это прямо как у нас несколько месяцев назад, — хмыкнул Митька. — Евреев и коммунистов ловят?