Книга Звезда заводской многотиражки 4, страница 89 – Саша Фишер

В сторону редакции мы с Мишкой шли вместе. Он хмуро молчал, прижимая к носу окровавленный платок. Я тоже молчал, но с более радостным выражением лица. Не насмерть поссорились, не насовсем. Сейчас мы объяснимся, пожмем друг другу руки, выпьем по стакану примирительного компота в столовой. И я, наконец, узнаю, что эта дрянь наплела моему другу.

— Я не поняла, — Даша встретила нас не очень уместным, но очень понятным хихиканьем. — Вы подрались прямо на суде, где вас судили за драку?!

— Иронично, это факт, — фыркнул я. — Но мы не друг с другом подрались… Просто кое-что случилось.

В редакции был фул-хаус, так сказать. Даша, Семен и Эдик. И они как ни в чем не бывало пили чай. А на столе перед Эдиком стояла печатная машинка. А сам Эдик был без галстука, рубашка расстегнута почти до пупа, а волосы растрепаны. Правда, они все еще было короткими, так что смотрелся он скорее невыспавшимся престарелым школьником. Все в редакции выглядело так, будто ребята были уверены, что двинутый на дисциплине главный редактор сюда больше не вернется.

— Что там учудил ЭсЭс? — произнес Эдик, вальяжно откидываясь на спинку стула и широко улыбаясь.

— А почему ты решил, что что-то учудил именно ЭсЭс? — подозрительно спросил я.

— У меня, знаешь ли, свои источники, — многозначительно ухмыльнулся Эдик.

— Вань, ну хоть ты расскажи, что там случилось, а то Эдик только интригует! — почти взмолилась Даша.

— ЭсЭс взял слово и начал нести полнейшую чушь, — сказал я. — Графин разбил. Буянил. Мишке нос разбил, меня отшвырнул, как котенка… Еле скрутили.

— Ого, ничего себе! — удивился Эдик. — Мне мой дружбан сказал, что он будет просто как пьяный…

— Ты ему что-то подсыпал? — резко спросил Мишка.

— Ой, да чего вы такие сразу серьезные стали? — Эдик с довольным видом рассмеялся. — Он же вам всем был поперек горла! А после такого его выступления вряд ли он останется у нас главным редактором…

— Какой ты подонок оказывается… — тихо проговорил Мишка.

— А тебе-то что? — окрысился Эдик. — Ты что ли тут целыми днями его рожу терпел? Ничего с ним не будет, очухается через час. Или даже раньше…

— В психушке, ага… — шепотом добавила Даша. — Эдик, как-то это… слишком.

— Ну и пожалуйста! — Эдик резко вскочил, спинка его стула грохнула по стене. — Я для всех старался, а вы… Придурки.

И он широким шагом вышел из редакции.

А мы все четверо молча переглянулись. Во рту появился кислый какой-то привкус. Дряньство.

— Интересно, что Эдик ему такое подсыпал? — спросил Семен.

— Да какая разница? — я пожал плечами. — Может наркотик какой, а может тарен из военной аптечки… Для здорового человека обошлось бы без последствий. А вот для ЭсЭса…

— Мне он казался вполне здоровым, — удивленно протянул Семен.

— Только казался… — хмыкнул я.

— Я думала, что Эдик лучше нас всех к ЭсЭсу приспособился, а он, оказывается, только в доверие втирался, — Даша встала из-за стола и подошла к окну. — Теперь у нас, наверное, новый редактор будет, да?

— Может, Антонину вернут? — жалобно сказал Семен. — Хорошо же с ней было, зачем уволили?

— Слушайте, я пойду, наверное… — сказал Мишка, все еще придерживая разбитый нос. — У вас тут свои дела, как я посмотрю…

— Нет, стой! — я удержал его за рукав. — Ребят, а вы случайно не хотите пойти пообедать или еще куда-нибудь прогуляться?