Книга Звезда заводской многотиражки 4, страница 60 – Саша Фишер

— Иван? — вдруг окликнул меня женский голос. — Иван Мельников?

— Эээ… Света? — осторожно сказал я, вспоминая кто это такая. Ну да, конечно же! «Киневские плесы», «Второй микрофон не работет, а электрика найти не могу»…

— Ай-яй-яй, Иван, как не стыдно? — девушка покачала головой. — Я разве зря тебе оставила свой телефон? Да и мог бы просто зайти! Мы же договаривались!

— Ох, прости, Света, закрутился совсем, — совсем даже непритворно извинился я. Действительно, зря я про нее забыл. Горком комсомола — это очень серьезная контора. И это мне надо было приложить усилия, чтобы эту связь не потерять. Конечно, у меня была уважительная причина в виде свалившегося нам всем на головы ЭсЭса, но… — Света, знакомься, это Даша. Мы вместе работаем.

— Мы знакомы, — прохладно сказала Даша.

— Значит так, Иван! — Света стянула с руки варежку и полезла в карман. — Я про тебя как раз вспоминала буквально вчера. А раз тебя сегодня встретила, значит не зря вспоминала. Так что давай-ка ты перестанешь от меня бегать и займешься полезным делом…

— Полезным делом — это я всегда рад стараться, — я шутливо вытянулся по стойке смирно. — Партия сказала «надо!», комсомол ответил: «Есть!» и все такое. Что за дело?

— Надо заменить руководителя кружка во Дворце пионеров, — Света продолжала рыться в карманах. — Да где же это?! А, вот! Значит так, Коля и так справлялся не очень хорошо, а сейчас он вообще ногу сломал и ближайший месяц будет в гипсе дома сидеть.

— Сочувствую Коле, — покивал я. — Но я-то вообще не педагог!

— Коля вел во дворце пионеров кружок юных журналистов, — продолжила Света, не обратив на мои слова никакого внимания. — И вел из рук вон плохо! Последний раз никто из его подопечных не прошел в юнкоры «Пионерской правды», позорище! Так что на этот месяц ты его заменишь.

— А ничего, что у меня есть работа? — усмехнулся я.

— Ничего, это во внерабочее время, — безжалостно ответила Света. — По вторниками четвергам с шести тридцати. Там много ребят из второй смены занимается.

— А… — начал я. Дети? Заниматься с детьми?! Да ладно, вот уж чего я никогда не умел!

— Никаких возражений! — отрезала Света. — Ты журналист. А нам позарез сейчас нужен журналист, ясно тебе? И хороший журналист, чтобы ребята не ударили в грязь лицом снова. Вот, держи!

— Что это? — я посмотрел на слегка помятый листок бумаги. На нем был написан номер телефона, номер кабинета «Валерия Германовна Борк».

— Это директор Дворца пионеров, — объяснила Света. — Позвонишь ей завтра, это домашний телефон. И скажешь, что ты от меня, понятно?

— Понятно, — кивнул я. — И отказаться не получится?

— Ни за что! — Света вздернула подбородок, помпон на ее шапке качнулся. — Позвонишь завтра и скажешь, что на следующей неделе принимаешься за работу. С энтузиазмом, понятно?

— Яволь… — пробормотал я. Иррационально мне хотелось как-то отмазаться от внезапно напавших на меня общественных обязательств. А вот сознательно я понимал, что мне вообще-то только что очень повезло. Не пришлось ходить за Светой хвостом, доказывая свою нужность, активность и энтузиазм. Она сама на меня напала, и теперь мне прямо-таки необходимо не ударить в грязь лицом. И если я буду молодец, то у меня может получиться пролезть на какое-нибудь уютное кресло в комитете комсомола. И подобраться поближе к кормушке.