Книга Звезда заводской многотиражки 2, страница 98 – Саша Фишер

Не думаю…

Да к черту!

Пойду пешком вдоль Закорского тракта, в какой-то момент автобус меня нагонит. На ходу не замерзну…

Я тихонько оделся, не включая свет вышел в коридор, натянул пальто и ботинки, взял с полки свою шапку… Ну, надеюсь, что свою. Хотя если такую же, но чужую, то он, может, и не заметит. Тихонечко открыл замок и вышел на темную площадку. Похоже, за новогоднюю ночь кто-то выкрутил или разбил лампочку.

Я придержал пальцем язычок замка и закрыл дверь. Замок тихо щелкнул.

Все-таки, странная мода эти самозахлапывающиеся двери. Случайно на площадку выскочил — и кукуй, пока слесарь из ЖЭКа тебя не спасет. Или просто забыл по запаре ключи, ушел на работу. А вечером…

Глупая тема. Не могу вообще понять, в чем смысл таких замков. Геморрой какой-то сплошной.

Я вышел на темную улицу. Уже было утро, но по окружающей действительности этого было незаметно. Стояла мертвая и абсолютная тишина. Снег у подъездов был усыпан цветными кружочками конфетти, из урн торчали проволочные хвостики бенгальских огней. Рядом с невысокой детской горкой во дворе валялась чья-то весьма даже взрослая потерянная шапка, пара колпаков-конусов из цветного картона, обрывки мишуры и дождика. Из урн возле каждого подъезда выглядывали многочисленные темно-зеленые, но при этом освещении казавшиеся черными, горлышки бутылок шампанского.

Ветра не было. На черном бархате неба мерцали яркие звезды. Даже млечный путь было видно, уличная засветка в этом районе не была настолькояркой, чтобы приглушить свет нашей галактики.

Похолодало, кажется, еще больше. Шагать, похоже, придется быстрее.

Впрочем, мне повезло. Лязгающий пустой лиаз подкатил к остановке ровно в тот момент, когда я подходил к остановке. Правда, автобус был не самым подходящим, шел до Центрального парка. Но пофиг. Оттуда идти всего двадцать минут, а если бы прямо отсюда пришлось пешком идти — то все полтора часа. А то и больше, скользко все-таки.

Я забрался в почти пустой салон, скинул пятачок в кассу, выкрутил билетик. Мельком глянул на цифры. Несчастливый.

Ну что ж… Даже хорошо.

Значит повезет где-то в другом месте.

Следующие три остановки автобус промчал, даже не притормаживая. Рядом с темными павильонами никто не топтался, да и из нескольких сонных пассажиров никто не делал резких движений в сторону выхода. А вот на четвертой водила резко ударил по тормозам. Закемаривший я чуть было не слетел с сидения.

— С Новым годом! — невысокая девчушка лет семнадцати плюхнулась на сиденье рядом со мной и принялась копаться в карманах. — Ой, кажется у меня карман порвался… Лерка, у тебя есть пятачок? Завтра отдам… А то у меня вот…

Она вывернула карман, на котором и в самом деле зияла дырка.

— За подкладку, наверное, завалились, — сказала другая девушка. Которая села напротив. На вид будто постарше, но скорее всего, они ровесницы. Лет по восемнадцать-девятнадцать. Задорные шапочки с помпонами, на варежках — намерзшие снежные катышки, на пальто — белые снежные полосы. На горке катались явно перед тем, как в автобус сесть.

— С Новым годом, девочки, — сказал я. — Давайте я вас угощу по этому случаю проездом в автобусе.

Я вынул из кармана десятик. Проверил, что он точно не двушка, а то они по размеру абсолютно идентичные, сбросил в кассу. Выкрутил два билетика.