Книга Марк Антоний, страница 158 – Дария Беляева

Битва воспламенила меня, и этот жар, подкрепленный основательным воздействием египетского солнца, еще долго не сходил. Мы с Антипатром словно пьяные бродили по полю боя и искали погибших со знаками отличия или раненных, достойных взятия в плен.

— А кто нас, собственно, интересует? — спросил я. Антипатр назвал мне парочку имен, совершенно безыинтересных, сердце мое пылало, и сам воздух, пахнущий кровью, входил в легкие ликующе и победно. Я все время облизывал губы, они были солеными от крови и пота. Веришь или нет, я не получил в той битве ни царапинки, ни синяка, словно Марс окутал меня невидимой броней. Разве что глаза немного болели от пыли и слезились.

— Архелай, муж Береники, тоже должен был участвовать в этой битве, — закончил он.

— О, — сказал я весело. — Знавал одного Архелая, но ему было не до битв. Такой добрый, умный парень. Хотя, казалось бы, сын военачальника. Вот так странно бывает, отец — солдат, сын — жрец.

— Да, — сказал Антипатр. — Каппадокийский жрец. Носит очки.

— Ого, — сказал я. — И ты тоже знаешь Архелая? у него жил.

Тут я осекся и проследил за взглядом Антипатра.

— Да, — сказал Антипатр. — Это один и тот же Архелай.

Он лежална песке, и голова его была запрокинута так высоко, что стало ясно: чей-то удар раздробил ему шейные позвонки. Очень жалко выглядят люди, у которых перебиты шейные позвонки, будто куклы.

Странно увидеть среди гор вражеских трупов, на которые тебе плевать, тело человека, которого оплачет твое сердце.

Архелай выглядел трогательно и печально, типично греческое лицо его потеряло в красоте, но выглядеть он вдруг стал моложе, совсем мальчиком. Очки валялись недалеко, одна линза выпала, другая каким-то чудом осталась в порядке.

Архелай стал мужем Береники примерно в то же время, когда я отправился в Сирию, наши жизни изменились столь резко, но моя, дав здоровый крен, продолжила течь в нужном направлении, а его — подошла к обрыву.

— Я не знал, — сказал я растерянно. — Не думал даже.

Над Архелаем кружили мухи, и я, наклонившись, отгонял их и вглядывался в его лицо. Не было сомнений, точно он. Я рассматривал длинную рану, шедшую от его шеи вниз, к ключице, кровь залила всю грудь и блестела теперь черно-красным лаком, засыхая на солнце.

— Ты этого не заслужил, — сказал я печально и почувствовал, как кровь приливает к голове, а слезы стремятся из глаз. Мы с Архелаем, может, и не вели самое долгое и дорогое знакомство, но он был гостеприимным другом, который помогал мне, когда я чувствовал себя плохо. И я никак не ожидал увидеть его здесь, этот контраст вышиб из меня дух.

Вдруг мне подумалось, что здесь целое море таких вот людей, чьих-то дорогих друзей или родственников. И многие люди будут плакать сегодня, узнавая своих мертвецов. Я не ожидал, что и мне придется.

Антипатр спросил, давно ли мы были знакомы.

— Да не очень, — сказал я, шмыгая носом. — Просто я сентиментальный.

— Это неплохое качество, — задумчиво ответил Антипатр. — Я позову Габиния, скажу, кого мы нашли.

И я остался с трупом Архелая один на один. Нестерпимая вонь поджаривающейся на солнце крови забила мне нос. Я сел на корточки рядом с ним, поднял его очки и надел их на Архелая. Теперь он выглядел привычнее.

Я много раз видел смерть и терял тех, кого я люблю. Но она все равно удивительна. Удивительно, как меняется человек, но удивительно и то, что он остается прежним. Странно видеть новое, странно видеть старое — все приходит в дисгармоничное состояние.