Книга Ни кола ни двора, страница 85 – Дария Беляева

— Просто я когда маленький был, если мы во Владик ездили, всегда корабли пускали. Типа смотрели, как они уплывают в море. Знаешь, как во Владике хорошо? Амурский виноград на заборах.

Не знаю, почему уж он вспоминал про виноград, не про архитектуру, не про значимые для него места, а про оплетенные виноградом заборы, наверное, в пригороде.

— И море, — сказал Толик. — Серо-синее.

Как Толиковы глаза, подумала я, так бы стоило написать в книжке.

— Хочешь историю расскажу?

— Хочу, — сказала я, выхватила у него кораблик, белоснежный, неожиданно для Толика аккуратный, блестящий от парафина, и на ощупь отдаленно напоминавший свечку. Я вытянула руку и пристроила кораблик к небу. Словно на голубых, вечерних волнах океана с белыми барашками.

— Короче, жили были два мужика, типа президентов таких, Севера и Юга. Только не Кореи, там. А реально Севера и Юга Вселенной. Звали их Поспешный и Внезапный, ща поймешь почему. Короче, их часто приглашал на чай Хаос, ну,типа, такой первозданный Хаос, где все — непонятно что и ничто не ясно чего. Ну, он нормально так ребят угощал, и они хотели его поблагодарить. И вот такая у них была идея: сделать ему рожу. Рожи у хаоса не было ваще. И они стали сверлить ему по отверстию в морде за раз. Типа хотели глаза сделать, уши, рот, нос. Семь дней сверлили, на седьмой помер он, Хаос, и с тех пор все стало слишком сложным, поэтому мы так и живем. А надо назад, к корням. Назад к природе, как Руссо говорил. А то без это пи…капец.

— Что?

— То, — сказал Толик. — Знающий — не говорит, говорящий — не знает. Дао дэ дзин, так сказать.

В лесу было темнее, уже почти ночь. Корабль выглядел призраком, мертвой крошкой, душой плода.

— А знаешь, как на зону трудно книги передавать, какой гемор это?

— Представляю.

— Не представляешь.

— А ты передашь Фиме зарядку от мобильного?

— Это ж не на зону. Сама передашь, — сказал Толик так, словно это даже не обсуждалось. Я улыбнулась. После вчерашнего мне было чуточку неловко, причем как-то приятно неловко. Словно мы знали друг о друге какую-то важную тайну.

Мы спустились к озеру, когда уже стемнело, быстро, словно на небо набросили тяжелое покрывало. Наш кораблик, казалось, светился.

Я сказала:

— Холодновато.

Толик только закурил новую сигарету и выхватил у меня кораблик. Почему-то я вдруг подумала, что Толик прожжет его сигаретой, но Толик только засмеялся.

— Ты увидишь. Это красиво.

Он волновался. Знаете, как бывает, когда показываешь другу свой любимый фильм?

На озере влажно и терпко пахло, совсем глубокой, смертной осенью. Толик сел на корточки у илистого берега, вода облизала его кроссовки.

— Иди сюда.

Он дернул меня за руку и усадил рядом, по-хозяйски разделил со мной кораблик, заставил меня взять его вместе с ним.

— Загадай желание, — сказал он.

И я загадала. Хочу найти себя, подумала я, и узнать, какая я.

Хочу быть счастливой.

Хочу быть с ним.

Столько разных желаний, я не была уверена, что все они поместятся на одном маленьком бумажном кораблике.

— Толик? — спросила я неожиданно для самой себя. — А как, по-твоему, выглядит Бог?

Теперь он был у меня для таких странных вопросов. Высоко над нами сияла, будто театральный прожектор, Луна. От нее шла по озеру дорожка, на которую мы и хотелипустить кораблик. Подтолкнули его, и он покачался на воде.