Книга Мой дом, наш сад, страница 59 – Дария Беляева

- Да.

- Так вот, - говорит Ланселот. - Мы твои друзья. Нас беспокоит то, что с тобой происходит.

- Со мной все в порядке. Происходит здесь.

Я слышу стук, это Мордред ударяет по перилам.

- То, что происходит здесь не может не касаться тебя, - говорит Галахад как можно более мягко.

- А то, что происходит с тобой не может не касаться нас! - рявкает Ланселот.

- И детей, - добавляет Галахад.

- Они уже не дети, - говорит Мордред.

- И кстати, мистер Очарование, если ты забыл, то моя жизнь зависит от того, что происходит.

- В таком случае присмотри за тем, чтобы все оставалось сокрытым. Это твоя главная забота. Она напрямую связана с нашим выживанием.

- Продолжай делать вид, что не понимаешь, о чем я, и...

- И что? - спрашивает Мордред. Галахад и Ланселот молчат.

- Я втянул вас в это, - говорит Мордред. - Зная, что я справлюсь. Мое мнение не изменилось, а ваше - да. Только никто уже не может сделать шаг назад. Его просто некуда делать. На сегодня все. Я больше ничего не хочу обсуждать.

Они еще некоторое время ругаются, по большей части грязно, и все же истинной злости в голосах Ланселота и Галахада не появляется. Я впервые понимаю, что они - большие друзья, чем мы думали. И что они любят Мордреда.

Я слышу шаги, Ланселот и Галахад продолжают переговариваться. Когда их голоса затихают, я собираюсь подняться на ноги, но в этот момент меня вздергивают вверх. Мордред стоит прямо за мной.

- Что ты здесь делаешь? - спрашивает он. Голос у него спокойный, но глубоко внутри в этом голосе злость. Он держит меня за воротник куртки, потом отпускает. Мордред смотрит на мою мокрую ночную рубашку, и на секунду, только на секунду, мне кажется, что он сейчас сорвет ее с меня. Что-то в его взгляде говорит об этом, и мне становится стыдно, хотя еще секунду назад я и не думала, что выгляжу неприлично. Я быстро застегиваюкуртку, продолжая дрожать.

- Извините, - говорю я. - Я купалась.

- Что?

Я говорю первое, что пришло мне в голову и, к сожалению, это первое не является хоть сколько-нибудь разумным.

Мордред головой кивает в сторону дома.

- Пойдем, - говорит он. И я чувствую больше, чем вижу - он очень зол.

Я молча иду впереди, чувствую спиной его взгляд. Он ни о чем не спрашивает, и я очень благодарна ему за это. Я думаю о разговоре взрослых, который я слышала. Я стараюсь как бы сопоставить его с тем, что говорил мне Мордред, будто наложить одну картинку на другую, и увидеть, как выбиваются контуры.

Что должно оставаться сокрытым? Их участие в ритуале, материализовавшем Королеву Опустошенных Земель?

- Прекрати, - говорит Мордред.

- Прекратить что? - спрашиваю я. Но он не отвечает. Возможно, он говорил вовсе не со мной. В доме тихо, мы вступаем в темноту. Мордред позади меня начинает насвистывать свою вечную мелодию. И несмотря на то, что мы идем по темному холлу, где не горит камин и куда с трудом заглядывают даже звезды из-за плотно задернутых занавесок, меня этот свист успокаивает. Приятная мелодия, думаю я, совсем не жутковато. Я почти достигаю безмятежности, но спустя пару секунд этот свист начинает двоиться. Будто абсолютно в ту же секунду, абсолютно с той же нотой и неизменно ту же мелодию начинает насвистывать кто-то еще.

Я сглатываю. Почти против воли мой взгляд обращается к коридору, ведущему к комнатам. И я вижу Номера Девятнадцать, которого я потеряла в пруду. Он насвистывает песенку Мордреда, лунный свет выхватывает его окровавленную рубашку. Номер Девятнадцать идет, широко раскинув руки. Кровь капает с его пальцев, и он оставляет полосы на дверях комнат моих друзей.