Онлайн книга «Прощай, творение»
|
Говорит Барни спокойно, как говорит отец, а не обвинитель. Калеб фыркает, а Айслинн тянет: - Слушай, слушай. Если я хорошо его знаю, то сейчас ты услышишь кое-что интересное. - Кого ты хорошо знаешь? Барни? Если ты хорошо знаешь его, то тебе точно известно - ничего интересного не будет. - Заткнись, Калеб. И Калеб затыкается, а Барни продолжает говорить: - Я расскажу вам притчу, братья и сестры. У одного человека было четверо детей, и все они любили его больше себя самих и даже больше самого мира. Айслинн вдруг кладет голову Калебу на плечо, нежным, беззащитным движением. - Они любили его, потому что он дал им жизни, они любили его, потому что он заботился о них, они любили его, потому что он учил их. Когда их отец заболел, тяжело и страшно, и, казалось, смерть его была неизбежна, они призвали из глубин мироздания существо, которое могло спасти его и предложили ему любую цену за эту жизнь. Существо, бывшее когда-то, может быть величайшим праведником, а может быть страшнейшим злодеем, приняло их предложение. Оно сказало: я верну жизнь этому человеку, но взамен вы будете ходить по земле, пока не понадобитесь мне, и всякий, вкусивший вашей души, будет ходить по земле, пока не понадобится мне. Каждый из вас должен, и пока я не стребую с вас долга, вы не покинете мира. Так, братья и сестры, мы связываем себя цепями обязательств перед тем, кого боимся из-за того, что любим больше всегона свете, как сделала это, к примеру, Айслинн из приморского городка Брэя. Калеб вздрагивает, а Айслинн продолжает водить пальцем по его груди, будто ничего необычного не услышала. - Кто-нибудь понял мораль? - продолжает Барни своим голосом, но совершенно не со своими интонациями. - Поднимите руки те, кто понял мораль! Бывшая шлюха, крестьянский мальчишка, которому должно было умереть от чумы, жертвенный скот для языческого бога и лжепророчица царского рода купили жизнь, которую не в силах оплатить! Айслинн вдруг перехватывает пульт и швыряет в телевизор, проламывает стекло, за которым раздается электрическая вспышка, впрочем, тут же гаснущая, оставляющая их в тишине. - Ты поедешь со мной, - говорит Айслинн тихо. - Я отдала тебе часть моей души, ты так же должен будешь перед ним предстать. - Я проклят, как и ты? - спрашивает Калеб, и в голосе у него вдруг сквозит радость. Калеб в полной мере и в один момент осознает, какой шанс выдался ему впервые за сотни этих лет. Он увидит дьявола, и вера его воспрянет. Глава 4 Господи, что же Артем тогда праздновал? То ли это была первая сданная сессия, то ли день рождения кого-то из его друзей. Что-то очень простое, весь день был очень простой, сложным был только состав коктейлей в жестяных банках, которые они все употребляли. Было их четверо: Вика, его подруга, Антон, его друг и Кирилл, которого кто-то и зачем-то притащил с собой. Кирилл, в общем, был даже не неформал, обычный парень. Вообще, наверное, просто виды на Вику имел. И еще, это Артем точно запомнил, смутился, когда они решили пить на кладбище. В общем, этот Кирилл с ними идти не хотел, и Артем сказал: - Домой иди тогда, пока мамка не позвонила. А сам пошел впереди всех. Ночь тогда была уже глубокая, часа два, а может даже и три. Артем сказал маме, что останется на ночь у Антона, а тот соврал родителям, что останется у Артема. Что до Вики, так ее родители плевать на нее хотели, пропади она пропадом, тоже бы не заметили. |