Книга Прощай, творение, страница 110 – Дария Беляева

- Меня больше волнует Гуннар, - говорит Ливия задумчиво. Она водит вилкой по краю тарелки, насаживает на нее салатный лист и оставляет в покое. - И Раду, этот брат меня тоже очень волнует.

- А что Айслинн?

- Сложно сказать. По крайней мере, она способна сопереживать, в отличие от Гуннара и не такая кровожадная, как Раду.

Артем отрезает себе еще кусок совершенно невероятной пиццы. Если даже единственной его наградой за все попытки спасти мир будет прекрасная пицца с морепродуктами, Артема вполне устраивает такое положение дел. Он делает глоток колы из непривычно узкой и длинной банки.

- Колизей смотреть не пойдем? - спрашивает он.

- Нет, Артем, не пойдем, - говорит Ливия. - Впрочем, один музей мы все-таки посетим.

- А когда у нас кончатся деньги? - спрашивает Артем. - Мы тогда что будем делать?

Ливия поднимает на него свой темный, грустный взгляд, говорит:

- Ты поджигаешь супермаркет, а я беру еду. Но не задумывайся пока об этом, хорошо? Лучше еще раз позвони Габриэлле. Я хотела бы обсудить все с Раду и Гуннаром через их учеников. Думаю, они лучше найдут способ на них повлиять. Что до Айслинн, с ней я свяжусь сама.

Артем слушает долгие-долгие гудки, потом снова кладет телефон на стол.

- Может, она занята? - спрашивает Артем.

- Полагаю, уничтожением мира, - говорит Ливия. Артем начинает было смеяться, а потом резко прекращает и говорит:

- Поешь, ты не притронулась к еде.

- Я все равно пока что бессмертна.

Артем пододвигает к ней тарелку, пожимает плечами.

- Это не значит, что тебе не голодно.

По крайней мере, когда бабушка хотела о нем позаботиться, она предлагала Артему поесть. Или, в любом случае, выпить чаю. Ливия улыбается уголком губ, говорит:

- Мне все это очень лестно, Артем. Ты хороший ученик, мне с тобой повезло.

- В последнее время я слишком часто это слышу, - говорит Артем. Он макает корочкуот пиццы в кетчуп, отправляет в рот, а потом одним глотком допивает кока-колу. - И начинаю подозревать недоброе. Ливия, а зачем... зачем ты вообще взялась со мной возиться? Ты могла бы испугать меня призраками или сбежать. Да даже если бы я решился кому-нибудь рассказать, кто бы мне поверил? Максимум, кто-нибудь из той зловещей организации Гуннара, владеющий словом Склероз, стер бы мне память. Я имею в виду, это ведь было совсем не так, будто бы я навязался к тебе.

- Убеждай себя в этом, убеждай, - фыркает Ливия. Она замолкает, постукивает ногтем по своему стакану с минеральной водой, наблюдая за пузырьками, устремляющимися вверх.

- Я очень долго пробыла одна. Слишком долго. Шаул был, пожалуй, единственным существом, с которым я была близка. И мне действительно хотелось, чтобы кто-то был рядом. Хотелось, в конце концов, любить кого-то и чтобы меня любили, - Ливия замолкает, Артем тоже ничего не говорит и, в конце концов, она добавляет:

- Жалеешь?

- Нет, - отвечает Артем уверенно. - Совершенно не жалею, вот уж точно. Я же всю жизнь об этом мечтал. Ну, стать кем-то особенным. Хотя я и так был довольно особенным, не то чтобы музеологи встречаются часто, но ты поняла, о чем я говорю. Может, я бы и пожалел, если бы ты ввязалась в эту гонку по уничтожению мира.

Некоторое время Артем смотрит на пустую банку из-под колы, а потом продолжает:

- Еще, может, я пожалел бы, не случись всего этого. Ну, знаешь, что бросил своих родителей. Но теперь зато у меня есть шанс их спасти.