Книга Аркадия, страница 174 – Дария Беляева

Мне все это казалось чем-то не только личным, но и запретным. Тайны смерти и жизни, секс, рождение, агония и умирание, все это должно было быть скрытым от чужих глаз. Точно так же и с воскрешением. Мы с Акселем не сговариваясь развернулись к океану. Он с ревом бился о скалы, и каждый удар вырывал дрожь из камня, на котором мы стояли. Океан окружал Аркадию со всех сторон, это он был и за клубничным полем.

— Море Бед, — сказал Аксель.

— Оно так называется?

— Неа. Это я его так назвал. Когда я только попал сюда, представлял, что за этим Морем Бед — реальность, которая мне не нужна. И все Море Бед состоит из житейских неудач. Ну, знаешь, ненаписанных книг, ненарисованных картин, несказанных слов. И только тот, кто делает все, что хочет, может преодолеть Море Бед и попасть сюда, в Аркадию.

— А ты ее любишь.

— Любил.

Он смотрел на меня, и я не знала, что еще сказать. Мы впервые разговаривали так, что я начинала понимать, что Аксель за человек. Мы разговаривали, как люди, которые хотят друг друга узнать. Он сказал:

— Не бойся, они все оживут, и мы умрем вместе.

— Слабое утешение.

— Разве? Я думал, всегда приятно умереть с кем-то, вроде ты не один такой неудачник.

— Аксель!

А потом он снова поцеловал меня. Поцелуй вышел ласковым, очень мягким, я и не думала, что Аксель способен на такую нежность. В этот момент я услышала, почти пожалев о торжестве жизни над смертью, голос Астрид:

— Твою мать! Противно-то как!

— Делия, дорогая, есть вещи хуже, чем герпес. Несмываемый позор, например. Несмываемый позор не намажешь ацикловиром.

— Заткнись, Адриан! — сказал Герхард. — Это любовь.

— Вам что менее интересно, что мы умерли и воскресли, чем то, что Акселя не послала Делия?

Я засмеялась, отстранившись. Они поднимались на ноги, Герхард тряхнул головой, как после сна. И хотя рубашка его все еще была в крови,никакой раны больше не было. Адриан потирал затылок:

— Больно, но терпимо.

— Меня чуть не убила какая-то тератома! — завопила Астрид. Но в ее голосе было намного больше торжества, чем злости. Хорошо снова быть.

Я ощущала единство со всеми ними и даже Аксель ощущал, мы кинулись друг друга обнимать. Вообще-то — не самое удобное мероприятие. Все время чьи-то руки метят тебе в глаз, тебя неловко сгребают, твой нос утыкается в чью-то подмышку. Мало приятного — обниматься с шестью людьми одновременно, каждый из которых хочет тебя обнять.

И Акселя тоже хотели обнять, и он хотел обниматься. А ведь они даже не знали, что это Аксель нас спас. Аксель, впрочем, не был бы собой, если бы тут же не упомянул об этом.

— Кстати, я убил Неблагого Короля. А вот — Благой.

— Я его даже не заметила!

— Стоит так тихонько!

— Я…

— Никому не интересно, Аксель!

А потом очередной удар грома ворвался в мою черепную коробку, захотелось зажать уши. Я запрокинула голову и увидела, что с неба одна за другой падают звезды. Резко, едва не сбросив нас всех, просела скала.

— Ты можешь отправить нас домой? — взмолилась я.

Благой Король с совершенно спокойным видом обернулся к нам. Небо позади него слезало клоками, оставляя не черноту, но пустоту, окончательное ничто — вроде такого же цвета, однако намного более магнетическая и страшная субстанция.

— Я верну вас домой, непременно.

— И меня? — спросил Аксель. И вместе с сарказмом, я услышала в его голосе надежду. Я не знала, получиться ли у нас с ним хоть что-то, он мне даже не нравился еще пару суток назад. Но я хотела попробовать. Я взяла его за руку и крепко сжала пальцы.