Книга Ловец акул, страница 222 – Дария Беляева

— В смысле?

Но поиграть в дурака Нерон мне не дал. Он снова коснулся креста, словно прощения прося, и спросил:

— Хочешь стать бригадиром?

Марк Нерон смотрел на меня пристально. Мы стояли одни, в глубине лесопарка, друг перед другом, и вокруг разливалась такая тишина, что она давила на череп. Волосы Марка Нерона были единственным ярким пятном на фоне всей этойчерноты и белизны, этот клоунский рыжий цвет никак не позволял мне отвести взгляд.

Руки у Марка были расслабленные, абсолютно спокойные руки, словно у ювелира. Он знал, что я не выстрелю. Что мне никак нельзя будет это объяснить, что я никак не оправдаюсь. Знал, что я не стукану, даже думать об этом не стану. Вот я про Марка Нерона и про то, что он может, ничего не знал, только представлял. А у страха, как известно, глаза велики.

Был ли у меня выбор? На самом деле был, врать я не буду. Я всегда мог согласиться, а потом взять первый попавшийся билет на самолет до Ебурга, а оттуда мотнуть в Заречный.

Но в то же время, как я мог это выбрать?

Убить человека мне было легко, а вот отправиться в свой Суходрищенск к мамочке с Юречкой — сложно. Такая произошла подмена понятий в голове, и я даже сам не заметил, как.

Марк некоторое время смотрел на меня, а потом, ровно в тот момент, когда я понял, что соглашусь, он улыбнулся. Я еще ничего не сказал, я едва об этом подумал, а он уже врубился. Ума — палата.

— Я Смелому аккуратно намекнул, что неплохо бы отправить в Чернобыль тебя, раз ты без балды все равно.

— Чтоб я что? Чтоб я радиацией его заразил, и он от лейкоза тихо сдох?

Сказано было, произнесено. Марк Нерон улыбнулся. Это я в том смысле, что с дьяволом шутить нельзя. Может даже особенно нельзя — шутить.

— Нет, — сказал Марк Нерон очень спокойно, и в то же время я слышал, как он доволен. — Чтобы проверить, реально ты психанутый, или Смелый в людях не особо разбирается.

— А он не особо разбирается, — сказал я, почесав башку.

— Так это же неправильно.

— Ну, он ж не священник.

Марк Нерон мягко склонил голову набок.

— Но ты разбираешься, — продолжил он, не обратив внимания на мои слова. — Я уверен. И я бы хотел видеть на этой должности кого-то вроде тебя. Ну, знаешь, по-нормальному безжалостный, но и не без сердца. Людям нравишься. Можешь помочь, если надо, а если не надо помогать, то падающего — толкни.

Опять он вроде как цитату ввернул, что-то фашистское, ну, вроде на слуху было.

— В общем, мне нужен баланс.

— А реально?

Марк Нерон пожал плечами и сказал совершенно спокойно:

— А реально Смелый хочет меня вальнуть. Но тебя это волновать не должно.

— А что должно?

Марк Нерон развернулся, пошел обратно. Это значило,что я согласен. В лесу нам, по сути, больше делать было нечего.

— То, что это для тебя. Ты парень талантливый. Дорогу молодым, так сказать. Представь себе, какие это деньги. А сколько будешь знать?

— Столько, что скоро состарюсь?

— Не, — сказал Марк Нерон. — Насчет этого не беспокойся, не состаришься, это я тебе просто гарантирую.

Мы засмеялись, и я реально понял, что сделаю это, что убью Смелого. Жить моей нынешней жизнью стало невыносимо. То есть, я же хотел карьеры, вот мне карьера, сейчас с ветерком до самых облаков прокачусь, только успевай ништяки хватать.

Мое настоящее стало мне маловато, тесное оно было, я из него вырос. А Марк Нерон предлагал будущее.