Онлайн книга «Дом всех тварей»
|
В автобусе она поняла, что впервые за год возвращается домой одна. Амти сосредоточенно смотрела в окно, стараясь не думать ни о чем. - Все в порядке, - услышала она. - Ты хорошая мать. - А какой ты отец? - Так себе, если судить по общепринятым меркам. Но где провести демаркацию между среднестатистическим отцом и оставляющим желать лучшего никто так и не знает, поэтому у меня есть достаточно механизмов самоутешения. Амти хмыкнула, соседка, милая женщина с тяжелыми сумками на пухлых коленях, посмотрела на нее с осуждающей опаской. - Что ты сейчас делаешь? - Пытаюсь найти источник пресной воды. Мне начинает здесь нравиться. Похоже на внеплановый отпуск. - Тебе кто-нибудь говорил, что ты смешной? - Нет. Я же не смешной. Забавно, что Амти прожила с Шацаром почти два года, и за все это время они ни разу не общались просто так. Амти вышла за остановку до их дома, не спеша направилась через поселок городского типа, соседствовавший с лесом, где они часто гуляли с Шаулом. - А ты не торопишься, - сказал Шацар. Обиды в его голосе, как и любой другой эмоции, не было. Трехэтажные домики крест накрест расставленные по двум единственным улицам, которые даже не имели названия. Древние машинки под золотыми занавесами деревьев, крохотные дворы. Вместо довоенных деревянных избушек - типовые здания. Все компактно, все экономно. - Я всегда думала, что это несколько аутичная идея - одинаковыездания, выстроенные в одинаковые ряды, наполненные одинаковыми квартирами. - Это эргономично. Такие здания легко и быстро строятся, размещают внутри много семей и просты в содержании. Кроме того, они воспитывают в людях коллективизм, стремление не выделяться из толпы, - недовольно откликнулся Шацар. В лавке мясника Амти едва не сшиб с ног удушливый и сладкий запах. Однако, спустя секунду, она с удовольствием вдохнула. Инкарни были хищниками по своей природе, запах крови всегда пробуждал в Амти что-то, что ужасно ее пугало, почти сходное с сексуальным возбуждением. Белый кафель, на котором особенно живописно должна была смотреться кровь, производил впечатление какой-то особенно броской стерильности, которое резко контрастировало с развешанными над прилавком тушами и тушками. Амти поежилась от холода, царившего в помещении, неловко позвала: - Извините пожалуйста! Я бы хотела... Она прокашлялась, и в этот момент из комнаты, где, видимо, разделывали туши, вынырнул усатый мужчина в измазанном кровью и еще желтым, может желчью или чем похуже, фартуке. Он крякнул, увидев Амти. - Что тебе, девочка? - спросил он без энтузиазма. Ему явно не терпелось вернуться к своей главной работе. - Мне нужно ведро крови, - выпалила Амти. Мужчина потер пушистый ус, оставив на нем крохотный кусочек мяса, а потом сказал: - Вон отсюда, а то родителям твоим позвоню, поняла? - Но я заплачу! - Ага, а потом учительницу обольешь, а я отвечай. Вон пошла, я тебе говорю! - Но я уже не учусь в школе! - возмутилась Амти. - Причем давно! - А то как же! Знаю я вас! Я тебе тут не сигареты в ларьке продаю, я уж способен отличить школьницу. Он уже развернулся, чтобы уйти, и Амти больше от обиды, чем из необходимости сказала: - Кровь! Вам нужно избавиться от нее. Он замер, и Амти улыбнулась уголком губ. Все всегда выходило очень естественно, не нужно было даже стараться. Это была песня, которую Амти знала с детства, и каждый раз стоило ей напомнить себе мелодию, остальное шло как по маслу. |