Книга Дом всех тварей, страница 50 – Дария Беляева

Она была свободна в этом. Потому что папа был рядом, он обнимал ее, и она доверяла ему всю свою боль.

- Я тебя люблю, моя милая, яочень тебя люблю, - говорил он. - И я тебя не оставлю, подожди, я перевяжу тебе руки. Не плачь, дочка, я с тобой.

Он не знал, что сказать, а Амти не слушала его слов, только голос. Ей было так горько, она никогда не думала, что может быть так невыносимо горько, когда рядом нет какого-то человека. Она и представить себе не могла, что значит для нее Шацар, пока не потеряла его.

- Ш-шаул, - выдавила из себя Амти, и снова залилась слезами.

- Все в порядке, Шаул спит.

Папа вернулся с бинтами и антисептиком, он осторожно обработал порезы на руках Амти, сам едва не порезался, когда попытался убрать осколки. А потом снова обнял ее, принялся гладить по волосам.

- Все будет хорошо, девочка. Ты моя маленькая, любимая дочка, я о тебе позабочусь, и о Шауле. Он мертв, да?

Амти мотнула головой, и на секунду в глазах отца, за стеклами очков, блеснули одновременно облегчение и злость.

Папа снова прижал ее к себе, и Амти сильнее разрыдалась от нежности к нему.

Через некоторое время Амти прошептала, потому что голос охрип, что хочет увидеть Шаула. Папа проводил ее в комнату, где спал ее сын. Она села рядом с ним, молча наблюдая за тем, как Шаул улыбается во сне.

За окном наступило окончательное и бесповоротное утро. Рассвет давил на усталый мозг, глаза болели от бессонной ночи и слез. Характерные ощущения, сопровождавшие бессонную ночь - легкая дрожь в руках и песок в голове, затопили ее, притупляя иные чувства.

Еще полчаса, и проснется Шаул. Амти смотрела на сына, сохранявшего их с Шацаром черты, а потом склонилась к нему и поцеловала.

- Я так безумно тебя люблю, Шаул. Я так хочу тебя от всего защитить.

Шаул машинально схватился за ее воротник, прикосновения у него были цепкие.

- Мы с твоим папой так дорожим тобой, - шептала Амти, прижимаясь губами к его лбу. - Сейчас твой папа очень далеко. Там, куда ему не напишешь и куда не позвонишь.

Амти ощущала запах Шаула, его цепкое прикосновение, звук его нежного дыхания. И ответ пришел сам собой, то, что не получалось произнести, было произнесено в миг, прежде, чем Амти об этом задумалась.

- И мама пойдет за ним хоть на край всех миров, чтобы его вернуть.

Амти лежала на кровати, обнимая Шаула. Сын еще спал, а вот ей сон не шел, хотя усталость сделала мысли неясными и тяжелыми. Амти уговаривала себя поспать хоть десять минут, хоть пять, хоть ненадолго задремать, но ничего не получалось. Шаул мерно дышал рядом, и тепло его тела, маленький огонек, вынуждало Амти сильнее его обнимать. В сонном, полубредовом состоянии ей казалось, что кто-то может забрать ее Шаула в какое-то холодное, темное место, и Амти хотелось защитить его.

Она крепко обнимала своего маленького сына, и сонная тревога заставляла ее бояться каких-то чужих людей, которые могли бы причинить вред ее ребенку. Из забытья, полного затаенного страха, Амти вывел голос Шацара. Он позвал ее по имени. Сначала Амти даже подумала, что заснула, и голос этот снится ей, зовет из глубины ее сознания, потому что ощущение отсутствия Шацара не исчезло. Его не было рядом и казалось странным слышать внутри его голос. Однако, он говорил:

- Я в порядке. Относительном. Относительность предполагает установленный образец, как ты понимаешь. Поэтому я скажу: относительно первых двух лет войны, я в порядке.