Книга Начало, страница 89 – Никанор Стариков

– Готовься, Га, – мысленно сказал я. – Пора готовить наш следующий ход.

И где-то в глубине сознания, в том самом месте, где смыкались нейроны и кремниевые цепи, что-то тихо ответило: «Всегда готов!».

Я сидел в кресле и ждал начало сеанса. Как вдруг холодный ужас проник в меня вместе с сигналом тревоги. Это был не Рой в его привычном, аморфном виде. Нечто новое. Пять энергетических сигнатур, чётких, стремительных, вынырнувших из-за марсианского горизонта и несущихся к кораблю со скоростью, недоступной нашим роботам и даже Полимату в атмосфере. Они двигались не хаотично, а в идеальном боевом порядке: клином, с одним впереди и двумя парами сзади по флангам.

– Кентавры, тревога! – мой голос в общем канале прозвучал хрипло, но без паники. Паника была роскошью, которую я не мог себе позволить. – Бастион – за мной! Богатырь и Клинок – закрывайте фланги! Тень – в свободный поиск, ищи слабину!

Я влетел в грузовой ангар Стражника и мигом взобрался в кабину. Я вжался в кресло Полимата, чувствуя, как холодные гидравлические объятия машины становятся частью моего тела. Логос проецировал тактическую картину: пять алых меток, стремительно сближались с нами. Данные лились потоком: размеры противника были чуть меньше Полимата, скорость просто запредельная, энергетическая сигнатура та же, что и у Роя. Мы вышли из ангара и рассредоточились во круг корабля. Рой приближался неумолимо. Стрельба из корабельных орудий Странника не дала никакого результата.

Когда они приблизились я смог рассмотреть их. Они были по-своему красивы, своей инопланетной красотой. Их корпуса словно были выточены из чёрного обсидиана, подсвеченного изнутри пульсирующими сиренево-багровыми жилами. Формы – стремительные, угловатые, лишённые какой-либо органичности. Они напоминали гигантских, механических хищных насекомых, созданных не для войны, а для безупречного и эффективного убийства. У первого, я его определил как лидера, из плеч росли два длинных отростка, напоминающие изогнутые клинки, наконечники светились белым свечением. У двух других на спине вздувались горбы, откуда торчали стволы чего-то, явно не являющегося простыми пушками. Ещё двое имели множественные, быстрые, как лапы паука, конечности, заканчивающиеся то ли свёрлами, то ли жалами.

– Командир, это… они скопировали нас? – голос Орлова был сдавлен. Клинок уже вышел на позицию, лезвия на предплечьях с шипением заряжались плазмой.

– Хуже, – мысленно процедил я, глядя, как чужеродные машины замирают в сотне метров от нас, выстроившисьв линию. – Они создали роботов. Там нет пилотов внутри. Чистые, управляемые коллективным разумом Роя боевые машины. Без страха, без сомнений, без необходимости дышать.

Противник стоял несколько минут, видимо, изучая нас. А затем лидер Роя, тот с энергоклинками, сделал едва заметное движение своей клешнёй. И тут же в нашу сторону из горбов двух его спутников полетели множество лучей красного света. Бастион Пшеничной, шагнул вперёд и встал передо мной, защищая меня. Её усиленный щит вспыхнул ослепительным белым светом. Лучи врезались в него. Щит Бастиона содрогнулся, затрещал, и на его поверхности поползли чёрные, паутинообразные трещины, будто его разбили, и он вот-вот рассыпется на сотни маленьких частей. Бастион отшатнулся назад, его щит погас. По аудиоканалу донеслось тяжёлое, сдавленное дыхание Пшеничной.