Книга Мой прекрасный враг, страница 115 – Ники Сью

– Так это есть твой край света? – не удержалась от вопроса я. На смотровой площадке с платным биноклем и одинокой лавкой никого не было. Зато позади нас с каждой минутой парковалось все больше автомобилей. Здешние заведения круглый год заполнены посетителями.

– Ну да.

– Так близко, – я поднесла ладони к губам, выдыхая клубы пара.

– Уже успела замерзнуть? – Максим взял мои руки в свои. Это было так нежно и трепетно, словно я была его драгоценным сокровищем. От неожиданности у меня екнуло в сердце, оно будто таяло, встречая долгожданное солнце.

– Нет, совсем нет, – я покачала головой, не сводя глаз с парня напротив. Если бы тридцать первого декабря кто-то сказал мне, что я буду стоятьздесь в Айсом, ни за что бы не поверила. А может и покрутила бы пальцем у виска. Но сейчас понимаю, что о большем невозможно мечтать.

– Край света, действительно, очень близко, – сказал Ледовский, затем потянулся ко мне и прижал к своей груди. Откуда-то взялась смелость, и я опустила руки, обхватив Макса вокруг талии.

– И где же он? – прошептала, почти неслышно.

– Рядом с тобой, – ответил Максим. Он всего на мгновение отстранился от меня. Его по – зимнему холодные глаза теперь согревали, в них поселилась весна. И тогда я поддалась порыву, желанию, которое преследовало вот уже несколько дней.

Вокруг исчез шум, время словно остановилось, превращаясь в вечность. Только свет фонарей и два человека, смотрящие друг на друга влюбленными взглядами.

Я привстала на носочки, закрыв глаза, и осторожно коснулась губ Максима. Легко. Подобно дуновению ветра. Подобно яркой вспышке на ночном небе, что называют падением кометы.

– Я тоже соскучился, – прошептал Ледовский. И вновь поцеловал меня.

Зима довольно быстро закончилась, мы не успели оглянуться, как наступил март, а там подкрался и апрель. Приближалось время экзаменов, некоторые предметы меня особенно волновали, и я все чаще зависала над книгами. Максим тоже время зря не терял, активно изучал дела на фирме отца, в его голосе даже появились командные нотки. Это было так забавно наблюдать, когда он ругался по телефону на подчиненных. Казалось, моему парню далеко за двадцать.

Что касается слухов обо мне, они постепенно сошли на нет. Тем более первые две недели Макс постоянно зависал на лекциях со мной, на тех, откуда его, логичное дело, не выгоняли. Но отдаю должное, Ледовский находил подход ко многим преподавателям и запросто мог договориться. Да и со знаниями у него проблем не было, впитывал словно губка. Мне даже было немного завидно, что ему дается легко, а мне приходилось порой засыпать в обнимку с учебниками.

Однако в нашей тихой гавани все-таки случилось кое-что интересное.

В университете тогда объявили праздник народностей, в честь которого студсовет организовал концерт и разного рода мероприятия. В коридорах выставили столы с едой, национальные блюда, на переменах играла громко музыка на иностранных языках или же вещал ведущий по местному радио, тоже не на русском.

А после обеда нас всех согнали в актовый зал – смотреть концерт. Максима в этот день не было, он не любил подобные развлекательные программы и сразу озвучил, что не придет. Количество пропусков у него итак зашкаливало, но, кажется, кое-кого они абсолютно не смущали.

Поэтому на торжественное мероприятие мы пошли втроем с девочками. Вообще изначально шли вчетвером, с Волковым. Арский оказался прав, после Кирилл действительно попытался приударить за Тоней, но та старательно держала бастионы и не желала сдаваться.