Книга Развод. Все закончилось в 45, страница 40 – Ники Сью

Когда я вышла, кутаясь в свой пуховик, несмотря на холод, почувствовала непонятный жар, охвативший тело. Это так мой организм реагировал на взгляд Глеба, он казался мне огнем, сжигающим каждую частицу, на которую был направлен. И если раньше, еще при первой встрече, мне хотелось сбежать от этого жаркого взгляда, то теперь я даже почувствовала себя иначе, будто мне отвесили комплимент. Пусть молчаливый, но порой такие вещи говорят больше, чем слова.

– Постой, – Глеб ожил довольно быстро, он открыл дверь заднего сидения и вытащил оттуда белую шубку. – Лучше это, все же платье, каблуки, прически и пуховик – мало сочетаются. Хотя, конечно, итак, хорошо.

– Ой! – спохватилась я, и тут же стянула с себя куртку, заменив ее шубой. Собственно, Троцкий был прав, но у меня дома не имелось подобающего верха. А идти в одном платье с открытыми плечами, не хотелось. Холодно и глупо.

– Спасибо, – проронила я, и шмыгнула в машину.

– Готова? – спросил Троцкий, срываясь, как обычно, довольно резво с места.

– Конечно, – тут ялукавила, потому что немного переживала. Все-таки сегодня официально начнется моя война с бывшим мужем. И я не была уверена, насколько успешно она закончится, однако и отступать не планировала.

– Тогда вот, – Троцкий кивнул на коробочку, которая лежала на панели. Я аккуратно открыла ее, и тихонько ахнула. Кольцо. Безумно красивое. И судя по бриллианту, безумно дорогое.

– Зачем? – ломаным языком вымолвила я. Наверное, пора бы узнать, почему Глеб так активно мне помогает, что скрывается за его этот тайной стороной.

– Для статуса, – спокойно ответил он, намекнув, что в игре, где крутятся большие деньги, все должно быть максимально солидно. И я, решив, что обязательно постараюсь поговорить с ним с глазу на глаз, только позже, надела на средний палец колечко.

Правда, когда мы остановились на светофоре, Глеб вдруг потянулся к моей руке. От прикосновений его горячих пальцев, я вздрогнула, показалось, будто по телу прошлись маленькие разряды микротоков. И снова смутилась. Вспомнился тот вечер, из далекого прошлого, когда он дотронулся до моей щиколотки. На фоне тех воспоминаний или происходящего сейчас, я толком не поняла, но дыхание сделалось каким-то сбивчивым, волнительным.

– Что ты…

– То, что надо, – сообщил он, надев кольцо на мой безымянный палец. Оно немного болталось, но не спадало. Надевал, к слову, он его уж больно медленно, будто специально тянул, скользил подушечкам пальцев, по моей коже.

Меня охватило смятение. Внутри что-то всполошилось, что-то давно забытое, название которому я не могла толком дать, но я почувствовала себя легкой и неуверенной одновременно. Взгляд скользнул на блестящее кольцо, которое теперь уютно обнимало мой палец, и сердце, как под дурманом, заколотилось сильнее.

– Не проиграй, – добавил Троцкий, дав по газам. – Я не люблю аутсайдеров.

Сглотнув, я отвернулась к окну и остаток пути, пыталась настроиться на победу. Однако мысли крутились совсем в другом направлении.

***

Напротив дома Прохоровых уже толпилось множество машин. Мы заняли, пожалуй, одно из последних удобных свободных мест и пошли в холл. А уже в самом особняке, я начала переживать, даже ноги казались ватными. И чтобы немного успокоиться, я, сама от себя не ожидая, подхватила Глеба под локоть. Думала, он спросит, не переигрываю ли, однако Троцкийлишь ухмыльнулся, словно так и надо, и именно такой я должна быть сегодня – уверенной и дерзкой. Его взгляд, походка и эта улыбка на губах, передавали мне энергетику победы. Поэтому у самого входа в зал, я расправила плечи, и вступила в игру.