Книга Bad idea, страница 269 – Ана Эспехо

Вечером я заперся в своей спальне. Мне необходимо было быть одному. Наедине с собственными мыслями. Привыкнуть к новым чувствам благодарности и уважения в отношении отца, не позволив своему мерзкому характеру снова все испортить. А еще я жутко хочу позвонить Майе. Плевать на гордость! Мне необходимо услышать ее голос.

– Привет, малыш, – нежный и томный голос моей чертовки добирается до потаенных уголков моей души и спускается ниже. Валюсь на постель и гляжу в потолок, испытывая как пламя разгорается внутри. Любовь к Майе сожжёт меня заживо, и я восстану вновь из пепла как Феникс, став лучше.

– Привет, девочка, – шумно выдыхает в телефонную трубку и мелкие мурашки собираются у меня на затылке. Прикрываю глаза, слушая её дыхание и голос.

Когда мы успели превратиться в настоящую влюбленную парочку, обменивающуюся ласковыми прозвищами?

– Всё хорошо, Том?

– У меня был долгий день и очень напряженный разговор с отцом. Это не учитывая того, что я не слышал твой голос три дня, что подкосило меня еще сильнее, – боже, я пропащий влюбленный идиот! Слышите эти тупые звуки? Это обрушиваются последние кирпичики моей мужской гордости.

– Всё чего я хочу – тебя, – тяжелый вздох Майи отдаётся пронзающей болью в паху. – Чтобы трахнуть и получить разрядку! – прикрываю глаза, представляя стыдливое выражение лица милой скромницы и её румяные щечки, и рука непроизвольно сходится на члене. Нет, секс по телефону меня убьёт!

– Ты несносный козёл, Хард! – Майя обиженно рявкает, но это ее способ борьбысо мной и с возбуждением.

– Твои трусики уже намокли, девочка? – Какого хрена я вытворяю!

– Они бы намокли, если были бы на мне, – Майя шепчет своё признание, отчетливо проговаривая каждую букву, заставляя меня вжаться ухом в телефонную трубку.

– Что ты сказала? – жар поднимается из недр души по шее и я сажусь на постели, не зная, что предпринять. Возбуждение и немыслимое желание оказаться рядом с Майей перехлестываются как волны в открытом океане во время шторма. Чертова стерва молчит и размеренно дышит. Слишком спокойно для девушки, которая завела меня с пол оборота. Что задумала эта негодница?

Только Хард может позвонить спустя три дня и заявить в самом начале разговора, что хочет трахнуть меня. Без любезностей, даже не поинтересовавшись моими делами. Но полагаю, это его личный способ сказать: «я жутко соскучился по тебе».

– Что ты сказала, Майя? – рычит в трубку и я вся мурашками покрываюсь, вжимаясь в мягкую постель. Нежусь и блаженно лыблюсь, мучая себя вспыльчивостью Томаса.

– Пожалуйста, девочка, скажи мне что-нибудь успокаивающее? – кареглазый черт протяжно стонет и меня пронзает насквозь невидимый импульс. Поясницу сводит, а внизу живота затягивается знакомый узел. Стискиваю бедра. Мне не пережить этой болезненной пульсации, но и спустить Харду с рук его бестактное поведение я тоже не могу.

– Что-то из оперы, я без трусиков? – Том давится слюной и гулко сглатывает. Он всегда так делает, когда ласкает меня ртом.

– Я сказал успокаивающее, а не возбуждающее, Майя! – сдержанно орет не в силах ничего изменить. Я научила Томаса контролировать злость, но сейчас брюнет на грани взрыва. И я слишком далеко, чтобы утихомирить его ярость.

– Прости, малыш, – прижимаю пальчиком нижнюю губу к зубам и покусываю, стараясь не захихикать и окончательно не свести Харда с ума.