Книга Bad idea, страница 270 – Ана Эспехо

На самом деле трусики на мне, но обаятельный подонок никак не может этого узнать. Просто мне хочется проучить Томаса и растормошить себя острыми ощущениями. Отсутствие кареглазого негодника далось мне нелегко. Я настолько привыкла быть всегда рядом с Томом, что от тоски начала отсчитывать дни до его приезда, зачеркивая даты в календаре. Какой это уровень зависимости от другого человека?

– Том, а может… – от вульгарности просьбы дрожу как осиновый лист. Томление сводит каждую клеточку тела, и я выгибаюсь дугой, словно пытаюсь сбросить невидимые цепи.

– Исключено! – Хард что научился читать мысли или я стала настолько предсказуемой, что попросить могу только об одном? – Никакого секса по телефону! – разочаровано выдыхаю и обиженно дую губки. – Это плохая идея.

– Плохая для тебя? – глажу свой животик, хаотично подрагивающий. – Потому что у тебя есть только голос, способный управлять мной, а для тебя этого недостаточно. – Оттягиваю резинку трусиков и пробегаюсь холодными пальчиками по лобку. От перепада температуры меня передергивает. Шумныйсвист слетает с губ, а на том конце провода раздается глухое рычание парня, которого я ослушалась.

– Не смей себя трогать, Майя, – слова едва слышны, а передавленный голос Томаса отказывается подчиняться своему владельцу.

– Или что, Том? – рычит как озверевший хищник. – Ты ведь далеко. Что-то можешь сделать? – забираюсь в трусики, медленно и едва касаясь, задеваю влажные половые губки и поджимаю пальцы на ногах. Слишком приятно. Круговыми движениями распределяю липкое возбуждение, поглаживая клитор.

– Том, я такая мокрая… – тихонько поскуливаю, не в силах отнять ладонь от лона и прекратить пьянящие ласки.

– Майя, я тебя умоляю… – Никогда не слышала столько отчаяния и безнадежности в голосе своего мальчишки. Это лишний раз подтверждает, насколько сильно он нуждается во мне.

– Умоляешь, чтобы я прекратила или… чтобы продолжила?

– Да… – Томас отвечает обреченно. На одном дыхание. И под частое и рваное дыхание британца ввожу в себя один палец сдавленно вскрикивая. Ощущаю дрожь и жгучую, почти обжигающую пульсацию, в области клитора. Хочется отбросить телефон на постель и вжать пальчики в комочек нервов, одновременно потрахивая себя. Без дыхания Тома под ухом всё потеряет смысл.

– Ты разрешаешь мне, малыш? – трусики сильно препятствуют размашистым толчкам, но я двигаюсь неспешно. С закрытыми глазами лежу на постели, представляя, что я не ласкаю себя, а горячий рот брюнета и его жесткие кудряшки, щекочущие чувственную кожу на бедрах.

– Нет… – Хард взволнован и возбужден до предела. Обладай он способностью к телепортации, давно оказался бы около меня. И мои удушливые стоны переросли в крики. – Но ты ведь меня все равно не послушаешь.

– Я просто так хочу тебя, Том, – присоединяю к указательному пальцу средний и проникаю глубже, растягивая себя так, как обычно делает Хард. Хвала небесам, я совершенно одна дома и могу позволить себе безумные шалости за дверью своей спальни.

Увеличиваю ритмичность толчков и начинаю учащенно дышать, а по комнате разлетаются пошлые звуки.

– Том… – боже, как мне не хватает его!

– Я здесь, девочка. Не останавливайся, – стойкий голос Харда подстегивает меня, и я по-настоящему ублажаю себя, вслушиваясь в дыхание брюнета и подстраиваясь под его приказы, что ведут меня по пути наслаждения. Липкое возбуждение стекаетпо бедрам, а стеночки плотнее обхватывают пальцы, и я ощущаю бешеную, внутреннюю пульсацию, когда сдерживаться невозможно.