Книга Bad idea, страница 211 – Ана Эспехо

Иногда, когда мне удавалось заснуть, я бредила и металась по постели как в лихорадке, истекая потом на простынях от испытываемого страха и брыкаясь во сне, пыталась сбросить с себя невидимое существо, которое не давало мне дышать. Хард перекатился на другой бок и моя борьба с неосязаемым врагом его не коснулась. Мне совсем не хотелось просыпаться, смотреть в блестящие и полные тревоги глаза Томаса и объяснить причину своих кошмаров, просто потому что я не хотела говорить об этом. Пытаясь забыться сном, я повернулась на правый бок, обняла Тома за талию и прижалась к нему, дрожа всем телом. Зажмурила глаза как обычно делают маленькиедети, отгоняя свои страхи и задышала в такт дыханию британца.

На утро я проснулась разбитая с тупой головной болью. Отсутствующим взглядом осматриваю комнату и пытаюсь понять почему брюнета нигде нет. Взлохмачивая волосы, тру глаза и обернувшись в простыню лениво поднимаюсь с мягкой постели, заметив под ногами на полу свои разбросанные вещи, прикрытые футболкой Харда. Ее нахождение на полу наводит меня на мысль о том, что её хозяин до сих пор в пределах моего дома. Слышу доносившиеся звуки с кухни и улавливаю тонкие нотки ароматного кофе. Томас занимает положенное ему место на кухне только лишь потому что сам хочет этого, а не по моей просьбе. Он стоит спиной ко мне и кажется даже не замечает моего появления, но только легким движением головы в мою сторону выдает себя. Том выглядит бодро и спокойно для человека чья девушка прошлой ночью едва не подверглась насилию. Глядя на него, такого хозяйственного и заботливого, почти забываю, что я не его девушка. Я лишь средство для достижения цели, которое приглянулось обладателю всего чего он только пожелает. Как любимая и привычная вещица под рукой я подзадержалась в жизни Харда. Эта мысль отрезвляет и заставляет мой недавний порыв обнять Томаса со спины и прижавшись щекой наблюдать, как мой любимый готовит для меня завтрак, рассыпаться в пух и прах. Я молчаливо сажусь на стул и сверлю брюнета немигающим взглядом.

– Ты плохо спала. – Очень серьезно наблюдение, Хард! Особенно для человека, который ни разу не проснулся и не поинтересовался, что именно тревожит его спутницу по постели. Вот подходящее мне описание в жизни британца – всего лишь спутница, с которой он коротает дни и ночи. Раньше мы никогда не спали в одной постели просто так. Если и засыпали бок о бок только от усталости приправленного удовольствием, которое накрывало нас в моменты нашей близости. Вчерашняя ночь была единственной, когда я почти обнаженная спала рядом с Хардом. Просто спала. И ему ничего не было нужно кроме как лежать рядом и обнимать меня. Шальная мысль, пропитанная надеждой, что-то шевелит в моей груди и тепло расползается по все телу как от алкоголя.

– Почему ты не сказал мне, что вернул Брэду машину? – слова ударяются о широкую и мускулистую спину Харда и кажется, что проникают под кожу и впитываются в кровь. Он замирает около плитыбез движений.

– Мы об этом уже говорили! – сдержанный ответ Томаса вибрирует по моему телу, вознамерив сбить меня с намеченного пути, разбив мою уверенность.

– Ты сказал, что это неважно! Мне кажется подобное тяжело назвать разговором. – Хард остается неподвижен. Ему не хватает ни смелости, ни духу, чтобы повернуться и лицом к лицу столкнуться с моим гневом, болью и нанесенным оскорблением.