Книга Измена. Право на любовь, страница 9 – Катя Лебедева

Мне хочется рвать, метать все вокруг, взять эти тарелки и запустить в стену, но сила в руках пропадает. Я чувствуюсебя вялой тряпкой, и об эту тряпку сейчас нагло вытирают руки и ноги.

— У тебя нет выбора, Соня. Тебе придется это сделать, и ты это прекрасно понимаешь, — Макс убивает меня своим равнодушием, и я теряюсь.

Что на такое можно ответить? Да ничего, только от ужаса вздрагивать. Его слова звучат очень цинично, и у меня все внутри опускается от такого отношения к себе. Когда он стал таким? Где мой заботливый муж? Откуда появилось это чудовище?

— Ты сам себя слышишь? Ты понимаешь, что ты такое говоришь? — голос пропадает. Я начинаю сипеть, хрипеть, кашлять.

Не могу поверить в то, что он действительно вот так сейчас мне сказал. Я боюсь услышать, что он подтвердит эти слова. Очень надеюсь, что он сейчас скажет, что пошутил, что на самом деле так не думает и просто хотел привести меня в чувства, но пауза затягивается.

Он ничего не говорит. Я понимаю, что ничего другого он мне и не скажет. Все я правильно услышала и правильно поняла. Сомнений быть не может. Все именно так. Ну а раз уж я никто, зачем зачем он это делает? У него есть возможность получить красивую картинку семьи, да новой семьи, но все же полноценную, шикарную.

Я бы еще поняла, если бы он знал о моей беременности, и поэтому так сопротивлялся, но он не знает. Он ничего не знает.

— Прекрасно слышу и прекрасно понимаю. А вот то, что ты надумываешь в своей голове, не имеет ничего общего с реальностью, — да как же, как это не имеет? Еще как имеет, но он делает то, что хочет, а именно — навязывает мне свое мнение, целует в затылок и отходит.

Я понимаю, что могу бежать, но я действительно не чувствую ни рук, ни ног.

Слежу за ним взглядом и провожаю прямо до стула напротив, и, когда он садится, нервно икаю. И в этот момент что-то во мне щелкает, начинаю говорить не своим голосом.

— Я ничего не надумываю, я просто вижу. Вижу, что происходит. Не надо решать за меня. Пожалуйста, Макс, я тебя прошу, давай разведемся, нас ничего не связывает. Я тебя просила еще тогда… — запинаюсь, потому что это больно вспоминать. — Еще тогда отпустить меня. Я предлагала тебе стать счастливым. Так почему, почему ты не оставил меня тогда? Зачем ты убиваешь меня сейчас? Зачем ты оскорбляешь меня своей ложью?

Мотает головой. Не согласен. Но я с ним так же не согласна. Только ему можно все, а мне ничего.

— Ты хоть понимаешь, что вообще сейчас происходит и кем ты меня выставляешь? Вернее, ты понимаешь, как выглядит твое отношение ко мне? Я, получается, грязь, ничтожество у твоих ног. Об меня можно только ноги вытирать и все, больше ничего.

— Соня, еще слово, — не договаривает. Решил запугать суровым тоном и неведением. Но мне не пять лет.

— Что, Соня? Я ведь просто картинка рядом с тобой, удобное приложение, которое уже и не нужно, и удалить жалко. Вот как это все выглядит со стороны, но я не хочу быть ненужным приложением. Не хочу и не могу. Уходи к ней. Уходи, я очень тебя прошу.

— Значит, так, — не обращая на мои слова никакого внимания и даже не попытавшись успокоить меня, продолжает немного раздраженно Макс. — Через два дня в город прилетает крупный заказчик. Он редкий поборник семейных ценностей, праздник уже организован, естественно, мы приглашены.