Онлайн книга «Секрет сына Зевса»
|
И тут случилось страшное: меня ударило током так, что потемнело в глазах. Завыла сирена. Видимо, набрав эти четыре цифры, я включила охранную систему. То есть эта мысль появилась у меня потом, много позже, а в тот миг я ни о чем не могла думать, я просто корчилась в кресле от электрического удара. Все мои мышцы, все суставы скрутило болью, и на какое-то время я потеряла сознание. Перед глазами вспыхнуло ослепительное белое пламя, и на фоне этого пламени проступила картина – разбитая вдребезги, полыхающая огнем машина… Потом возник человек… Очень знакомый человек – седой мужчина средних лет с темными властными глазами… Эти глаза видели меня насквозь, они проникали в мою душу, хозяйничали там, как в собственном доме… «Кто ты? – спрашивал он. – Ты знаешь, кто ты? Нет, ты не знаешь… Тебе только кажется, что ты знаешь… Вспомни, вспомни всё… Вспомни, пока не поздно!» Словно кадры старого фильма, в моем сознании поплыли картины жизни… Боль от удара током вернула мне память… А потом эти видения погасли, и я пришла в себя. Видимо, беспамятство длилось совсем недолго, потому что ничего не изменилось – я по-прежнему полулежала, скорчившись в кожаном кресле, на столе стоял выключенный компьютер, а над головой завывала дурным голосом сирена. Тут дверь кабинета распахнулась, и влетели два здоровенных мужика в белых халатах. Должно быть, здешние санитары. Мгновенно оценив ситуацию, они подскочили ко мне и выдернули из кресла. Я не могла стоять – после электрического удара ноги меня совсем не держали, я словно превратилась в тряпичную куклу. Если бы санитары не поддерживали, я просто упала бы на пол. Санитары переглянулись, и один сказал другому: – Она со второго этажа или с третьего? – Понятия не имею. По-моему, она вообще не наша. – Откуда же она взялась? – Понятия не имею. – Что это ты заладил, как попугай, «понятия не имею, понятия не имею»? – Но если я действительно понятия не имею? Ты смотри, на ней пальто, значит, это вообще не наш контингент. – Ну и что мы с ней будем делать? Вкатить ей двойную дозу пенопробутала? – А вдруг она… того? Кто будет отвечать? Бехтерев? – Шарко! – Давай запихнем ее в палату номер шесть, пускай пока там посидит, подумает о своей жизни. Валерий Николаевич утром придет и сам решит, что с ней делать. – Вот это дело! Санитары подхватили меня под руки и повели, точнее, поволокли по коридору к лифту. Один санитар нажал кнопку, и двери тотчас открылись. Мы вошли в кабину, санитар снова нажал кнопку, что-то крутанул, и кабина поплыла. Судя по моим ощущениям, мы не поднимались, а опускались. Причем дольше, чем должны были, ведь мы находились всего лишь на втором этаже и должны были очень быстро доехать до первого, а мы всё опускались и опускались… Наконец кабина остановилась, двери открылись, и мы снова оказались в очень ярко освещённом коридоре. По сторонам тянулись пронумерованные двери. Меня подволокли к двери с номером шесть. Санитар вытащил большой ключ, провернул его в замке и меня втолкнули в эту палату. Санитар включил из коридора свет и бросил мне в спину: – Не скучай! Дверь захлопнулась, и я осталась одна. Я оказалась в небольшой комнате. Стены, пол и даже потолок были обиты чем-то мягким, податливым, наверное, чтобы пленник не мог себя покалечить, не мог разбить голову о стены. На потолке ярко светили несколько ламп, свет которых мучительно резал глаза. Окон в палате не было, что и неудивительно, поскольку она явно находилась под землей. В углу валялись несколько подушек в наволочках из серого полотна. Должно быть, они заменяли здешним узникам постель. |