Книга Секрет сына Зевса, страница 74 – Наталья Николаевна Александрова

Машина выехала на улицу. Ворота со скрипом начали закрываться, но я успела в последний момент проскользнуть на территорию клиники. Охранник не выскочил из будки и не заорал на меня истошно. Всё ясно, смотрит телевизор или разгадывает кроссворд на работе. Ну, это мне на руку.

Прямо напротив ворот был главный вход в клинику. Однако идти через главный вход я побоялась, мне не хотелось попасть на глаза кому-то из здешнего персонала. Я пошла в обход, стараясь быть как можно незаметнее. Я выбирала самые незаметные участки и едва не наткнулась на скамью. Обычная садовая скамья стояла под деревом, но эта скамья показалась мне смутно знакомой. Когда-то я сидела на ней, с кем-то разговаривала, с кем-то очень для меня важным, но с кем и когда, никак не могла вспомнить. При попытке вспомнить я натыкалась на ту же глухую, непроницаемую стену, что и каждый раз, когда пыталась пробиться в свое прошлое. Но вот странно: буквально сегодня, когда я только пыталась думать о клинике, голову сдавливал тугой обруч, так что кричать хотелось от боли. А сейчас, когда я, можно сказать, почти у цели, голова не болела. Может, я нахожусь в мёртвой зоне?

Сейчас на скамье дремал какой-то старик в надвинутой на глаза старомодной шляпе. Отчего-то мне показалось, что я его уже видела… Странный какой-то… Что он здесь делает в это время?

Я проскользнула мимо скамьи, обошла здание клиники. Здесь была металлическая дверь, выкрашенная тускло-красной краской, посередине был нарисован большой зелёный круг, а в центре этого круга странное существо – то ли скорпион, то ли огромный паук с маленькими красными глазами… Рисунок я видела чётко, потому что над дверью горел свет. Я опасливо посмотрела по сторонам, подёргала ручку двери, но дверь была заперта. Что же делать? Неужели из моего похода в клинику ничего не выйдет?

Я потопталась у двери и вдруг почувствовала какой-то резкий химический запах. Запах лекарства, запах отчаяния, запах больницы.

Этот запах мне определённо был знаком. Он словно немного раздвинул стену, отгораживающую мое прошлое, в голове замелькали какие-то смутные картины… Говорят же, что запахи запоминаются лучше всего – лучше звуков и зрительных образов. Я была в этой клинике. Этот самый химический запах преследовал меня днем и ночью, казалось, что я вся пропиталась им. Иногда я отправлялась в туалет, чтобы тайком выкурить сигаретку – лишь бы перебить этот депрессивный больничный запах. Где я доставала сигареты? Этого я не помнила, да и не важно. Зато я вспомнила другое – как вставала на цыпочки возле замазанного белой краской окна, как приоткрывала его и курила, выпуская дым на улицу…

Да вот же это окно!

Недалеко от красной двери было замазанное белилами окошко. И о чудо! Оно было немного приоткрыто… А нельзя ли открыть его пошире?

Я огляделась, увидела в сторонке мусорные баки. Возле одного из них валялся пластиковый ящик из-под бутылок с минеральной водой. Я подхватила этот ящик, поставила его возле стены под окном, влезла на него, запустила руку в щель. Нащупала шпингалет, смогла сдвинуть его и открыть окно шире. Теперь можно было просунуть руку дальше, но тут меня ждал неприятный сюрприз: за окном была решетка.

Запах лекарства стал сильнее, он сочился из окна, проникал в меня, оживляя память. Перед моим внутренним взором снова замелькали смутные воспоминания, связанные с пребыванием в этой клинике. Я вспомнила, что у этой решетки есть секрет: если потянуть ее вверх и налево, она вылезает из пазов и ее можно снять.