Книга Нексус, страница 69 – Дмитрий Романофф

— Хаос это единственная константа, — Иван потянулся к клавиатуре. — Давайте научим Янус ошибаться и внесём в код случайность, которая имитирует сомнение.

— Это противоречит принципам оптимизации, — Чен нахмурился.

— Именно! — Раджеш захлопал в ладоши.

— Добавляем открытость, добросовестность, экстраверсию… — Чен загрузил массив данных с соцсетей. — Но это слишком статично. Люди меняются в зависимости от контекста.

— Значит, добавим контекстные маски, — Иван выделил красным зоны нестыковок. — Человек на работе может быть интроверт, а на вечеринке становится экстравертом. Янус должен видеть эти переключения.

Раджеш, болтая ногами на столе, бросил в них скрепкой:

— Вы забыли главное, что люди хотят, чтобы их обманывали. Смотрите! — Он вывел на экран тестовый профиль. Там была дважды разведённая женщина тридцати пяти лет. — Она ищет серьёзные отношения, но лайкает только плохих парней. Будет Янус верить её анкете?

— Да, — Чен указал на прогноз «Сто процентов совпадения с мужчиной-интеллектуалом».

— А вот и нет! — Раджеш вскрыл её чаты. — В три часа ночи она пишет бывшему «Скучаю». Её настоящий паттерн это страх одиночества, а не поиск любви. Ваши модели поверхностны как и фильтры в соцсетях.

Иван задумчиво щёлкнул маркером:

— Значит, надо добавить «ночные данные», что люди ищут когда их никто не видит.

— Уже сделано, — Чен открыл папку с пометкой «Тёмные данные». — Алкогольные поиски, удалённые сообщения, история анонимных форумов. Но это… неэтично.

Лабораторию разработчиков заполнили новые устройства. Повсюду висели датчики, как паутина. Умные браслеты мерцали на запястьях, а в углу жужжал спектрометр, анализирующий кортизол в каплях пота.

— Биоритмы сотрудников были синхронизированы с рабочими задачами, — Чен вывел графики, где пики продуктивности совпадали с фазами сна. — Если подавать стимулы в моменты спада, можно повысить эффективность на сорок процентов.

— Или сломать им психику, — Иван снял датчик с виска, оставив красную отметину. — Вчера Янус отправил Марку уведомление: «Ваш уровень кортизола критический. Рекомендуем суицид». Это твоя оптимизация?

— Глюк, — Чен холодно посмотрел на экран. — Марк же сам хотел стресс-тест.

Раджеш, подключённый к нейро интерфейсу, вдруг засмеялся. Его префронтальная кора вспыхнула на мониторе алым:

— Смотрите! Янус только что предсказал, что через десять минут я украду пиццу из холодильника на основании активности моего центра вознаграждений и… о, мой желудок урчит!

— Это не смешно, — Иван ткнул в данные. — Он уже знает, что ты не спишь третью ночь. Скоро начнёт рекомендовать тебе более серьёзные допинги.

Все трое рассмеялись, но в их смехе была доля серьёзности. Они понимали, что стоят на пороге чего-то важного и, возможно, даже на пороге понимания самой природы человеческих чувств.

Иван активировал режим диагностики. На экране появился субъект Лиза под номером пять. Янус отслеживал её нейро маркеры. Когда Лиза читала письмо от начальства, её зона страха неожиданно вспыхнула.

Система активировала протокол. Умные часы Лизы завибрировали: «Глубокий вдох. Вы не в опасности». На монитор вывелся котёнок, подобранный по её тайным лайкам в соцсетях. В вентиляцию подали запах лаванды, потому что это был её детский аромат безопасности. Через минуту активность префронтальной коры пришла в норму. Лиза утвердила проект, который собиралась отклонить.