Онлайн книга «Шпионское счастье»
|
— Ну, я же не знал про эту всенародную любовь, — сказал Сидорин. — Предупредил бы. — Теперь уж поздно, — усмехнулся Наумов. — Послезавтра вечером прибываем на место. Чтобы до этого времени из каюты ни ногой. Даже в радиорубку. Сейчас у меня времени мало. Днем зайду отведу в душ, туда и обратно. Так сказать, во избежание… А то, не дай бог, упадешь в коридоре и получишь тяжелые травмы. И как после этого в Америке работать будешь? Тебя, друг мой, в Россию первым же рейсом отправят. А что в Москве с тобой сделают, — даже представить не могу. — Ладно, он все понял, — сказал Разин. — Давайте о деле. — В город я вас сам поведу, — сказал Наумов. — При выходе шмона нет и никаких вопросов тоже. Ничего из личных вещей не брать. Только документы. Сейчас там тепло, плюс двадцать шесть по Цельсию. У нас перед встречей будет свободное время. Погуляем часок. Далеко друг от друга не отходить, — публика пестрая. Не напрягайтесь, ничего страшного не случится, если сами нарываться не будем. Но сейчас в городе парад Марди-Гра. Ну, это что-то вроде карнавала в Рио. Оркестры, пляски, пьянство до утра, салют, фейерверки и все такое. Карнавал продолжается больше месяца, но самые пиковые дни — это субботы и воскресенья, — дым коромыслом. Вот мы окажемся там в субботу. Туристы приплывают со всего мира, их больше, чем городского населения. Среди публики полно жулья и гопников, хотя, это я уже говорил. Следите за карманами. Завтрак скоро принесут. Наумов поднялся и, неодобрительно покачав головой, ушел. * * * — Строит из себя святого отца, —проворчал Сидорин. — Будто к женщинам ближе, чем на километр, не подъезжает. Честь бережет. Тоже дело важное… Блин, аж слушать тошно. Разин поднялся и пошел к себе в каюту и стал читать старую газету, на душе было неспокойно. Услышав голоса и возню в коридоре, он выскочил из каюты и остановился, не сразу поняв, что происходит. Какой-то парень с разбитым в кровь лицом в разорванной тельняшке лежал вдоль коридора, силился встать, но не мог. Перед дверью в душ образовалось переплетение тел, в котором трудно было разобраться. В середине застрял Сидорин, позади него стоял мужик с красным лицом и седыми пышными усами, Разин знал, что это помощник боцмана, человек злой и тяжелый на руку, такому лучше не попадаться, когда он пьяный или не в духе. Кажется, он пару раз уже сидел, но за правое дело готов сесть еще не раз. Огромной ручищей помощник держал Сидорина сзади за плечо, норовя просунуть другую руку под подбородок, сделать удушающий захват и сломать шею. Спереди на Сидорина навалились двое парней в темных комбинезонах мотористов. Подскочив сзади, Разин схватил руку одного из них, вывернул до хруста два пальца, повернул к себе лицом и коротким ударил в шею, чуть ниже кадыка, срубил с ног. Тот повалился на пол, захлебываясь слезами боли, с испугу ему казалось, что легкие больше не дышат, от нехватки воздуха он не проживет и минуты. Второго противника Разин пару раз хватил кулаком по шее, а ногой с маху врезал во внутренний сгиб колена. Человек повалился как сноп, будто был сделан из двух равных половинок и при ударе развалился надвое. Уже падая, успел схлопотать под ребра носком башмака. Сидорин с перекошенным от боли лицом сумел кое-как оторваться от помощника боцмана, укусив его за красную лапу, и отступить на пару шагов. Помощник боцмана оскалил зубы и презрительно глянул на своих противников, словно спрашивал: что вы, жалкие сухопутные фрайера, можете сделать со мной, мужчиной ста двадцати килограммов живого веса, с морским волком, который прошел то, о чем вы даже в книжках не читали? Он неторопливо вытащил здоровенный нож в мягком чехле. Усмехаясь, сдернул чехол и уже готовился вспороть живот тому, кто окажется ближе. |