Онлайн книга «Солдат и пес 2»
|
Но ничего подобного. Задержанный сделал коротенькую паузу — секунды три, не больше. Но сделал. Приосанился. И молвил глубокомысленно: — Завербовал, товарищи — не то слово. Я пошел на контакт с… э-э, как это сказать… с противником сознательно. Понимаете? Я хотел собрать как можно больше сведений, прежде чем идти к вам. Ну не идти же с пустыми руками! Согласны⁈ По мере монолога уверенность и даже достоинство тона нарастали крещендо. Последнее слово и вовсе было произнесено с почти победным пафосом. Михеев точно одолжение делал чекистам — дарил ценную информацию. Однако, парням такую лапшу на уши былоне повесить. Михаил многообещающе ухмыльнулся: — Да нет, не очень. А почему тогда ты побежал от нас, как будто тебя в жопу хотели вы*бать? Марина страдальчески поморщилась: — Фу, Миша! Ну что это такое?.. Тот лишь отмахнулся — дескать, бабам слова не давали. Михеев горделиво заколдбился: — Вы меня простите… Но надо выбирать выражения, товарищи… — Тебе шахтеры скоро будут товарищи, — пообещал Михаил. — На урановых рудниках. Если повезет. Если лоб зеленкой не намажут. Я с некоторым трудом удержал улыбку. «Урановые рудники» — очень живучий городской миф времен позднего СССР, которой была подвержена не только молодежь, но даже взрослые. Согласно данной легенде, лиц, приговоренных к высшей мере наказания, не расстреливали, а отправляли в какие-то далекие секретные шахты добывать радиоактивный уран — мол, пусть малый толк, да будет от этих уродов. Один черт им подыхать, так хотя бы подохнут с пользой. Заодно туда же якобы ссылали и осужденных за крупные хищения, а также «политических». Последних, кстати, в ту эпоху формально не было, они проходили по разным уголовным статьям… Но, как говорится, есть нюанс. Кстати: наряду со слухами об урановых рудниках, так сказать, в одной упряжке шли сказки о психотронном оружии, разрабатываемом нашими учеными и примененном Советской Армией в конфликте с КНР на острове Даманский. У многих находились знакомые, чьи знакомые были там и видели десятки, если не сотни трупов китайских солдат с чудовищно искаженными от дикого ужаса лицами, погибших в состоянии неконтролируемой паники… Вот такие сказки советских народов вмиг проскользнули в моей памяти. Михаил, понятно, нужной информацией владел, пусть и не в полной степени. И разговор затеял лишь для того, чтобы поддавить на психику допрашиваемого. Но того почему-то зацепили не урановые рудники, а зеленка: — Позвольте, что значит — зеленкой? Зачем зеленкой?.. — Чтобы пуля инфекцию не занесла, — пояснил Виктор. — По приговору стрелять-то тебя, сволочь, в башку будут? Ну вот. Чиновник изобразил благородное негодование: — Ну, знаете ли… Что за разговор! — Нормальный разговор, — хмуро сказал Михаил. — Только малость в сторону ушел. Вернемся к сути! — Вернемся, — не возражал и Михеев. — Тогда допустим, что ты пошел на контакт с противником, какты говоришь, ради сбора сведений. Допустим. И что собрал? Арестант оживился, заерзал на диване. Я сообразил, что он мысленно проигрывал такой сценарий и выстроил схему монолога. Начал аккуратно, не называя имен-фамилий. Кое-где, похоже, привирал, а что-то звучало правдоподобно… Ну и в целом рассказ прозвучал так. Примерно с год назад… ну, чуть побольше, прошлым летом. Да, прошлым летом он, Михеев, ощутил интерес к себе со стороны сотрудника другого отдела Облисполкома. Ну, здесь скажем сразу: никаких скрытых смыслов, никаких извращенных подтекстов. Для начала чиновник обратился к коллеге по делу, с решением какого-то рутинного вопроса. А когда вопрос удачно решили, тот удачно подхватил еще некую рабочую тему… показал себя в ней очень компетентным, Сергей Михайлович не захотел ударить в грязь лицом, тоже показал, что умеет соображать и действовать. Так возникли товарищеские отношения. |