Онлайн книга «Солдат и пес 2»
|
Назавтра на утреннем разводе командир выглядел каким-то загадочно-торжественным, и я понял, что нас ожидают некие сюрпризы. Но еще не «дембельский» приказ — о том все уже знали заранее и ждали его публикации в газете «Красная Звезда». — Товарищи офицеры, прапорщики, сержанты и солдаты! — провозгласил полковник. — Должен ознакомить вас с рядом приказов вышестоящего руководства… И достал из внутреннего кармана шинели машинописный листок — видимо, заранее заготовленную копию. Набрал в грудь воздуха — и голос его мощно раскатился над плацем: — Приказом Начальника Генерального штаба Советской армии-заместителя Министра обороны СССР маршала Советского Союза Огаркова младшему лейтенанту Горбенко… присвоено воинское звание… лейтенант! Приказом Начальника Оперативного управления Генерального штаба… генерала армии Варенникова… прапорщику Климовских… присвоено воинское звание старший прапорщик. Лейтенант Горбенко! — Я! — Выйти из строя! — Есть! То же самое повторилось и с Климовских, по лицу которого заметно было, что вчера он где-то тайно «усугубил». Но держался твердо, прямо, и шаг печатал даже с какой-то зверской лихостью. И завершилась процедура дружным двухголосым кличем: — Служу Советскому Союзу! После развода вновь произведенных, естественно, окружили почти все офицеры и прапорщики, посыпались поздравления и требования «проставиться», на что произведенные отвечали радостно и более-менее матерно. Ну, а дальше жизнь и служба побежали по привычной колее, все свои служебные требования я исправно выполнял, при этом успевая оперативно соображать на тему, открывшуюсяв беседе в комнатке спецсвязи. Как я вообще к этому отнесся?.. Нормально отнесся. Не скажу, что я специально думал, мечтал о том, чтобы пойти по этой линии, делать карьеру в сфере спецслужб. И всякой дурной романтики во мне не было. Ну, все-таки жизненный опыт… Я понимал, что это сложная, главное, психологически тяжелая работа. Что здесь наверняка придется иметь дело с малоприятным контингентом. Идти на какие-то компромиссы с самим собой. Где-то жестко вставать на горло собственной песне. Но я сознавал, что это совершенно необходимые вещи. В любой эпохе, любом государстве. И если судьба повернула на эту дорогу… Ну что ж, так тому и быть. Это была одна линия рассуждений. Более общая. Другая же касалась текущей ситуации напрямую. И чем дальше я думал об этом, тем отчетливее вырисовывалась беспокойная мысль… Черт возьми, еще вчера надо было об этом сказать! — теперь ворчал я на себя за то, что умный задним умом. И усердно трудясь, думал о том, что вопрос вряд ли терпит отлагательств. Надо бы поделиться. Надо как-то вырваться к Богомилову. В жизни, однако, бывает так, что смекалку заменяет счастливый случай. А если правду говорить, то это вовсе не случай. Это знак судьбы. Сегодня он нарисовался мне с помощью рядового Айвазяна. Я подходил к казарме, когда он выскочил оттуда. — Во! — изумленно воскликнул он. — Ну, как по заказу! В штаб тебя! Срочно требует Богомилов. Опять там чего-то уточнить в документах… Что за документы у тебя такие! Все время там чего-то не так⁈ — Да не знаю, — равнодушно сказал я, а про себя подумал, что эту тему с документами нужно отменять. Все, она свое отработала, уже шатается. И пошел в штаб. |