Книга Гасконец. Том 3. Москва, страница 108 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

Я доложился Алмазу и снова начались простые военные будни. Ничего примечательного не происходило в течении двух или трёх следующих недель. Датчане, судя по всему, взялись за пиратство серьёзно. В порт Риги смог прийти всего один корабль, да и то, достаточно побитый. Не знаю, вёз ли он людей или припасы. К третьей недели осады, мы уже проковыряли в городских стенах и цитадели достаточно дырок, чтобы можно было штурмовать. Но Алексей Михайловичи Ян II Казимир справедливо рассудили, что в городе слишком большой гарнизон. Штурм они могут и отбить, а вот долгую осаду вряд ли выдержат.

Действительно, благодаря помощи датчан, спустя полтора месяца с начала осады, Рига сдалась. Я же, явился к Алексею Михайловичу с прошением. Царь занял себе кабинет в здании бывшего магистрата. Он хорошо охранялся и попасть к нему было уже не так легко, как зайти в палатку. И всё же, благодаря Алмазу, я смог попасть на приём. В кабинете в тот день, помимо Алексея Михайловича, находились и Трубецкой, и сам глава Посольского приказа.

Сам кабинет был обставлен даже чересчур богато. Тяжелый деревянный стол, с резными ножками обитыми золотом. Здоровенные картины каких-то совершенно неизвестных мне шведов. Единственным знакомым лицом был покойный Карл Густав, он же Карл X. Какие-то совершенно безвкусные позолоченные люстры и канделябры, медвежья шкура на полу. В палатке у Алексея Михайловича было в сто раз уютнее.

— Государь, — склонил я голову. — Я прошу отпустить моих людей домой.

— Война ещё не окончена, — спокойно ответил мне царь.

— Но гасконские стрелки почти закончились, — ответил я. — Нас слишком мало, чтобы представлять серьёзную силу.

— Мы можем их распределить по другим полкам, — невозмутимо пригладил бороду Алексей Михайлович. — Будут тренировать солдат.

— Это им решать. Я могу передать ваше предложение, и всякий, кто пожелает остаться, останется. Но большинство уже хочет домой.

— Вы отправите их по морю, в разгар войны? — вступил в разговор Алмаз.

— Спешить уже некуда, они смогут пересечь Империю.

— Ну пусть так, — махнул рукой Алексей Михайлович. — Если останется хотя бы десяток, уже неплохо. А вы, шевалье?

— Я снова прошу вас о небольшом земельном наделе. Я бы хотел остаться здесь.

Алексей Михайлович усмехнулся. Мнение его советников разделилось — Трубецкой качнул головой, Алмаз наоборот с доброжелательной улыбкой кивнул. Но царь не обратил на них никакого внимания. Он смотрел мне прямо в глаза и думал. Прошла пара минут, прежде чем он заговорил:

— Положим, я удовлетворю эту просьбу. И что вы намерены делать?

— Построю мануфактуру, буду снабжать вас оружием, — честно признался я.

— Где вы собрались набрать столько мастеровых?

— Обучу их, государь.

— Звучит слишком уж щедро, — улыбнулся в ответ Алексей Михайлович. — Где же подвох?

— Мои ружья есть на западе и появятся на востоке, — пожал плечами я. — Это должно исключить вероятность полного захвата Европы той или иной страной. Это моя первая цель. Вторая — у вас непаханое поле возможностей для предприимчивого человека. Я хочу денег.

— И эти деньги вы хотите получить от меня? — голос Алексея Михайловича был мягким и спокойным. И всё же, советники не решались его перебивать и вступать в разговор. Они просто молча смотрели на нас, ожидая завершения переговоров.