Книга Гасконец. Том 2. Париж, страница 97 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

— Нам пора, — сказал я Сирано де Бержераку, выглядывая из окна.

Носатый тут же схватил за свой плащ.

— Я готов, дружище, — усмехнулся он, а затем потрепал по голове Планше. — Берем с собой оруженосца?

Планше слова про оруженосца явно понравились. Он заулыбался и схватил со стола пару пистолетов, которые прямо сейчас чистил. Я сказал:

— Кто-то должен охранять дом. В конце концов, Анна здесь, и я бы не хотел видеть ее на площади среди восставших.

— Но это еще не восстание, приятель, — рассмеялся Сирано де Бержерак, засовывая пистолет себе за пояс. — Восстание будет, когда мы убьем кого-то из дворян. Вот тогда станет весело.

— Может быть, мы обойдёмся без этого? — спросил я.

Сирано де Бержерак выглянул за дверь.

— Знати на улице становится все больше, Шарль, боюсь, без кровопролития точно не обойдется.

Я кивнул. Надев новую голубую форму и давно заслуженные плащи с крестами, мы быстро отправились на площадь. Разумеется, ее уже охраняли гвардейцы короля и королевские же мушкетеры. Среди них я сразу же заметил своих друзей, и подбежал к ним вместе с Сирано де Бержераком.

Де Порто подглядел на носатого и сказал:

— Я же тебя помню! Ты тот раненый сорвиголова, мы встречались под Аррасом!

— Да, месье, — улыбнулся Сирано де Бержерак и снял шляпу.

— У нас нет времени на церемонии и знакомства, — буркнул Анри д'Арамитц, оглядывая толпу.

— Они будут требовать Мазарини, хотя не имеют на это никакого права, черт возьми! — громко возмутился Арман д'Атос.

— А что бы сам Мазарини? — спросил я. — Он же здесь?

— Да, он в Лувре, но я в представлении не имею, что он собирается делать, — задумчиво произнес де Порто.

— Каков наш приказ?

Де Порто поглядел на меня с сомнением:

— Я почему-то ожидал, друг мой, что у тебя уже есть приказ Его Величества.

Я покачал головой, а потом добавил:

— Время экстренных мер еще не пришло.

Де Порто кивнул.

— Нам бы нужно каким-то образом узнать, кто все это затеял, — протянул Анри.

— Как мы это узнаем, черт возьми? — пожал плечами д'Атос. — Если только хватать каждого и бить его, пока он не расскажет… но боюсь, это не самое надежное решение на свете.

— Да, нам не хватает для этого пары сотен лишних рук.

Люди действительно стекались со всеми города. Их становилось всё больше и больше, и в какой-то момент к многочисленным дворянам и горожанам присоединились уж из совсем грозного вида головорезы. Анри д'Арамитц оглядел их с какой-то тоской.

Он шепнул мне:

— А вот и мои братья по вере.

Я спросил:

— Какого черта они здесь делают? Не думал, что им вообще есть дело до происходящего.

Анри д'Арамитц качнул головой.

— Мазарини продолжает политику Красного, очевидно, что они его не любят.

— Нантский эдикт никто не отменял, новых ограничений не было…

— И всё же, и я и мои братья уверены, что еще немного и Мазарини начнёт нас давить. Это неизбежно.

— Пока он не доказал обратного?

Гугенот кивнул. В конце концов, один из дворян, совершенно неизвестный мне мужчина на лошади, поднялся чуть выше и громким басом заговорил.

— Мы, народ Франции и Парижа, требуем выдать нам итальянского шпиона Мазарини, работающего на испанскую корону и дом Габсбургов, и доведшего нашего любимого короля Людовика XIII до скорой кончины.

Я позволил себе выйти вперед и сказал:

— Так Людовик живой.

Дворянчик глянул на меня сверху вниз, как, будто не обращая никакого внимания, и продолжил глядеть куда-то в сторону Лувра. Он полностью игнорировал существование меня под ногами его лошади.