Онлайн книга «Товарищи ученые»
|
Но это все же не главное. Главное, цеплявшее меня в Аэлите — ее странное, почти сверхъестественное сходство со Светланой из моей прежней жизни. Как будто между этими молодыми женщинами из разных эпох и мест есть некая таинственная связь, волшебная невидимая нить… А кто знает⁈ Может, эта нить генетическая, и никакой мистики в ней нет. Ведь Свету я толком и не знал, хоть она вошла в мою судьбу раз и навсегда. Со счастьем и с душевной болью. Вот я живу уже другую жизнь, а помню, это не уходит из меня, как не уйдет однажды увиденный в детстве пожар рассвета на все небо. Кто она, эта Света, кто ее родители, вся прочая родня⁈ Не знаю! Не знал тогда, не знаю и сейчас. — Конечно, зайду, — сказал я, и здесь меня внезапно накрыла интереснейшая мысль совсем из иной области. Глава 15 Но я не подал вида. Повторил, что зайду, пошутил насчет пирогов к чаю, что Кондратьев воспринял всерьез и горячо, пустился в пылкие обещания, из которых я понял, что количество и качество выпечки будет первоклассным. — Эх, Максим, да вы из-за стола не встанете! И еще добавки будете просить. Ну а что? Тоже неплохо. Благосклонно послушав это, я аккуратно вернулся к заинтересовавшей меня мысли: — Послушайте, Ипполит Семенович. Вот какое дело! Вы ведь здесь старожил, в «Сызрани-7»? — Я? Ну так-то да. Чуть ли не с первых дней. Не то, чтобы… Мы сюда в конце шестьдесят третьего приехали. Да! С Серафимой тогда еще. Он горько, прерывисто вздохнул. — Аэлитка совсем кроха была… Ну да что теперь об этом! Да. В самом начале зимы. Только-только снег выпал. А через месяц Рыбин появился. Под самый Новый год. Тогда кладовщиком был. Потом завскладом. А уж потом до завхоза вырос. К чему он Рыбина приплел? Чудак. Я тоже вздохнул сочувственно: да, мол, жизнь идет, годы летят, никто не молодеет… А сказал следующее: — Я к чему клоню, Ипполит Семеныч? Вот вы уже пятнадцать лет здесь. Почти. Скажите, за эти годы были еще какие-то подозрительные случаи, вроде того, что вчера? Не то, чтобы преступления, хотя, и это тоже, кто знает. Но вообще всякие необычные события. Мало ли что! Кондратьев уставился на меня с непониманием. Пришлось пояснить: — Ну, что-то вообще происходило из ряда вон выходящее? Такое, что всколыхнуло бы весь город, о чем бы толковали, судачили… Что поразило бы всех! А может, и нет, но вас это удивило. Понимаете? — А! — дошло до снабженца. — Из ряда вон? Понял. Да нет, такого не припомню. Ну, когда только начинали, отбор еще не ахти какой был, с бору по сосенке. И всякая публика попадалась. Конечно, боролись с этим. И сухой закон устанавливали. Но все равно разную дрянь пили. Спирт технический, шадым, политуру… Смертных случав не припомню, но травились, было дело. Откачивали. Драки случались по пьяному делу. Напьются дураки, потом друг другу морды чистят. Но это быстро все в порядок привели. Контингент чистили. У нас тогда — начальник кадров — ух какой был! НКВД-шник бывший. У него не забалуешь. Навел порядок. По струнке ходили. Года с шестьдесят четвертого таких обормотов больше не было. И тихо стало. — Тишь, гладь, Божья благодать? — Ну да, ну да… А! Вот хотя случай был. Хм! Странно… Он крепко задумался. — Что? — осторожно подтолкнул я. — Да в семидесятом… Или в семьдесят первом? Эх, не вспомню уже! Ну, неважно. Осенью. Шофер один у нас аварию устроил. То есть даже катастрофу. Сам погиб. Ладно, не погубил никого! И слух такой был, что сознание потерял за рулем… |