Онлайн книга «Жуков. Если завтра война»
|
Нужно было создать систему, которая заставит их думать и действовать как единый организм даже в условиях неразберихи. Штабные игры, полевые стрельбы — это только основа. Нужна была встряска, проверка на прочность в нештатной, предельно жесткой ситуации. Я вернулся к столу, снова взял блокнот. На чистой странице вывел: «Внезапная проверка боеготовности 8-го механизированного корпуса». И начал набрасывать сценарий, который не был прописан ни в одном уставе. «22.00 объявление тревоги по корпусу. Одновременно происходит имитация удара авиации противника по пунктам постоянной дислокации и узлам связи. Вывод из строя условным противником 30% командного состава штаба корпуса в первые два часа…» * * * В три часа ночи в казармах 8-го механизированного корпуса, расположенного в районе Бердичева, взревела сирена. Не учебная, настоящая, противовоздушная. Протяжный, выматывающий душу вой, разрывающий сон на части. Ротный старшина, спавший в каптерке, слетел с топчана, ударившись коленом о железный ящик. Он не стал разбираться, десять секунд слушая дикий вой, за который в мирное время могли и под трибунал отдать. Он выскочил в коридор и проорал, сорвав голос: — Боевая тревога! По машинам! В штабе корпуса дежурный офицер, получил по телефону из округа лаконичный приказ «КП-1». «КП-1» — это не учебная, а настоящая команда на развертывание полевого пункта управления в полном составе, с отрывом от мест постоянной дислокации. Он рванулся к кнопке общей тревоги, но она уже выла. Тогда он начал названивать командирам, но связь, как на зло, начала прерываться — то ли повреждения на линии, то ли диверсия. Командир корпуса, генерал-лейтенант Рябышев, спал дома, на квартире. Его разбудил адъютант, влетевший в спальню без стука: — Товарищ генерал-лейтенант! Общая тревога! Приказ из округа — «КП-1»! Связь со штабом нестабильная! Рябышев, еще не до конца стряхнув с себя сон, принялся одеваться. Мозг, отточенный годами службы, уже переключился. «КП-1». Значит, не проверка, а выполнение боевой задачи. Или… Или проверка, приравненная к боевой. Жуков. Это на него было похоже. — Машину! — рявкнул он, натягивая гимнастерку. — В штаб не едем. Прямо на запасной КП в районе Чуднова! Поднимите всех! И найдите мне начальника штаба, где бы он ни был! В это время по всем дорогам, ведущим из расположения частей корпуса, засели условные «диверсанты». Это были командиры из резерва округа, одетые в гражданское. Они не стреляли. Они просто фиксировали в блокнотах. Какая колонна, какого полка, в каком состоянии, во сколько проехала. А потом, по условному сигналу, они «минировали» мосты и перекрестки, объявляя их комендантам проходящих колонн непроходимыми. Начиналась первая проверка на способность ориентироваться в изменяющейся обстановке. В танковом полку 34-й танковой дивизии механики-водители и техники в темноте, под вой сирены и крики командиров, заводили холодные моторы «Т-34». Не все машины отозвались. У одной сел аккумулятор, у другой при попытке запуска пошел дым из-под капота. Командир батальона, капитан Новожилов, бегал между стальными громадами, его голос хрипел от напряжения: — Экипажи от неисправных машин — к исправным! Перераспределить! Не можете завести, буксируйте! Через тридцать минут колонна должна двигаться! |