Онлайн книга «Жуков. Зимняя война»
|
— Нет-нет, я согласен! — поспешил заверить собеседника Воронов. — Я и не сомневался, что вы согласитесь, — усмехнулся тот. — Когда вы прибудете к новому месту службы, к вам подойдет человек, который представится как лейтенант Егоров. Это и ваш связной и ваш руководитель. На следующий день «Жаворонок», прибыл с эшелоном на станцию Белоостров. Его оформили в отдел обозно-вещевого снабжения штаба 7-й армии. Началась привычная рутина интендантской службы. Разбирая ведомости, Воронов услышал возбужденные голоса. Сотрудники штаба обсуждали совещание, которое провел только что прибывший комкор Жуков. — … ломает все планы, весь график передвижения! — возмущался кто-то. — Теперь все перекраивать! Все грузы перенацеливать на один участок! — Зато толково, — парировал другой. — А то мы так по всему фронту распылимся… Говорят, Яковлев аж посерел, но согласился. «Жаворонок» замер, прислушиваясь. Значит, тот самый Жуков, за которым он должен следить, уже здесь и уже вносит сумбур. Он почувствовал интерес своих новых «хозяев». Этот Жуков был кем-то важным, раз за ним установили такой негласный контроль. Поздно ночью, выйдя на крыльцо дома, где был расквартирован, подышать, он увидел как к штабу подъехал «ГАЗ-64», из которого вышел тот самый коренастый высший командир с решительным лицом, чью фотографию он видел в газетах. Жуков. Он шагал быстро, о чем-то разговаривая на ходу с начальником штаба Гордовым. Техник-интендант 2-го ранга сбежал с крыльца. Вытянулся по стойке смирно и навострил уши. Их диалог долетел до его слуха лишь обрывками: — … саперов к утру! — говорил комкор. — И чтобы каждый командир батальона знал свою задачу… Гордов что-то буркнул в ответ, но Жуков резко оборвал его: — Меня не интересуют объективные трудности. Они сплошь и рядом являются оправданием лени, расхлябанности, если не хуже… Воронов стоял, затаив дыхание, чувствуя, как его маленькая, никому не нужная жизнь снова оказалась на перекрестке больших событий. Он был винтиком, но от его положения теперь зависело слишком многое. Он должен был теперь подслушивать, подглядывать, совать нос в чужие дела, докладывая НКВДи при этом как-то выкручиваться, когда придется иметь дело с финской военной разведкой. И еще это связной куда-то запропастился. Приходилось иметь дело со множеством людей, но никто из них не был лейтенантом Егоровым. Лишь третий день, когда «Жаворонок» возвращался с продовольственного склада, к нему подошел молодой лейтенант в форме внутренних войск НКВД. — Техник-интендант Воронов? — спросил он со знакомой веселостью в голосе. — Лейтенант Егоров. Ваш связной. Прошу впредь все вопросы решать через меня. «Жаворонок» узнал того, кто задержал его на Фонтанке, но лишь кивнул, чувствуя, как подкашиваются ноги. Теперь он знал своего надзирателя в лицо. Новая роль двойного агента обрела конкретные, и оттого еще более пугающие, очертания. * * * Оказалось, что звонила Александра Диевна. Ничего особенного. Девочки здоровы. Скучают. Ждут папку домой. Я о своих делах, понятно, не распространялся. Сказал, что со мною все в порядке. Жив, здоров. Скоро быть не обещаю, как «стройка» пойдет. Положил трубку. Мне надо было отдохнуть. Утром я опять намеревался посетить 50-й стрелковый корпус. Рассвет на Карельском перешейке был серым и мглистым. Колючий влажный ветер гнал над промерзшей землей рваные клочья тумана. «ГАЗ-64» с затемненными фарами резко свернул с разбитой дороги и остановился на опушке леса, где среди заснеженных елей угадывались тщательно замаскированные бревенчатые накаты орудийных позиций. |